Гувернантка для монстра

До дома было довольно далеко.

– Приехали, – заявил кэбмен, вытаскивая на траву мой багаж.

– Но как же… – начала было я и не закончила фразу, потому что лошадка, понукаемая невозможным мерзавцем, уже бежала обратно в сторону города.

А я осталась совершенно одна у запертых ворот, освещаемая лишь серебристым светом луны.

Глава 4

Звук копыт затих вдали. А я всё ещё стояла на прежнем месте, пытаясь осознать, что сейчас произошло. Этот… этот кэбмен, он что, бросил меня одну ночью перед закрытыми воротами поместья?

Получалось именно так.

В наступившей тишине вдруг отчётливо проявились звуки леса: резкое «ух-у» ночной птицы, от которого я вздрогнула, шум ветра в ветвях. Шуршали опавшие сухие листья, отчего казалось, что ко мне кто-то крадётся. Причём крадутся стаей, окружив меня со всех сторон.

В этот момент вдруг ясно осозналось, что я исключительно городской житель и ни разу в жизни не сталкивалась с природой лицом к лицу.

Как сейчас.

Пикники в пансионе и выезды в королевский парк не в счёт. Там я всегда была под присмотром горничных, учительниц, опекуна.

А сейчас мы с природой были один на один.

Я поёжилась, отчётливо ощущая, как ночной холод проникает под пальто.

Нужно идти к дому. И как можно скорее.

Я подошла к калитке, обнаружившейся в воротах, и толкнула створку. Как и ожидалось, она была заперта.

Подёргала большой тяжёлый замок, висевший почему-то изнутри. Впрочем, это открытие меня приободрило. Значит, хозяева дома, иначе замок закрыли бы снаружи.

Но как мне попасть за ворота?

Я посмотрела на свой огромный саквояж, тяжёлую сумку с книгами, на своё дорожное платье, на прутья решётки, украшенные витиеватым узором, и приняла решение.

Вещи поставила вплотную к калитке, свернула ридикюль и сунула его в карман, задрала подол, заправила спереди за пояс, чтобы не мешал, и… полезла наверх. Ограда была высотой в полтора моих роста. Может, и больше, но, когда я добралась до середины, стало уже не до измерений.

Оказалось, что лазить по заборам не такое уж лёгкое занятие. Ладони горели, ноги то и дело норовили соскользнуть с очередного витка узора, сердце бухало в груди, сбивалось дыхание, вырываясь облаком пара в остывшем воздухе.

Впрочем, мне само было жарко.

Некстати подумалось, что нужно было заниматься физической подготовкой в пансионе. Возможно, сейчас пришлось бы легче. Но эти уроки были необязательными. И аристократки вроде меня никогда их не посещали.