Невеста Певчего Смерти

— Ты пахнешь ей, — сказал он, с отвращением отстраняясь.

Элиана подняла бровь.

— Она просто хотела помочь, — Элиана пару секунд смотрела на него, затем, не выдержав, добавила: — Не будешь же ты расплетать мне косу!

— Нет, — сообщил Раманга равнодушно, — это не мужское дело.

Элиана открыла рот, собираясь огрызнуться — супруг забыл, что Хафу увели на половину слуг, но тут же оборвала себя.

— Тогда, если ты позволишь, — сказала она раздражённо, — я уединюсь в купальне. Потому что от меня пахнет грифонами, вампирами и всем остальным.

Раманга приступа ярости не заметил.

— Разрешаю, — кивнул он и отошёл к окну, рассматривая ночной пейзаж.

Римана была небольшим приграничным городом, и всё же обычаи Гленаргоста уже проникли сюда. Хоть ночь едва началась, на улицах шумело веселье, которое заканчивалось лишь с рассветом.

Убедить Данага не удалось, и это было плохо. Сам Раманга не сомневался в своём решении — идти дальше пока не следовало. Тем более они всё ещё не знали, что лежит за пределами эльфийских земель.

Лес не мог быть бесконечным. «Любопытно, — подумал вампир, вспомнив грифона. — Наверняка сами эльфы забирались в ту сторону достаточно далеко». Он обернулся в сторону ванной и тут же схватился за шею. Проклятый ветер и проклятая эльфийка.

Продолжая вглядываться в полумрак, он потёр шею ещё раз и тут же обнаружил, что поверх его руки легли чужие нежные пальцы. Раманга рванулся, пытаясь повернуться, но пальцы оказались сильнее, чем он думал, и легко развернули его обратно.

— Тихо, — сказала Элиана мягко.

Отстранила его руку и поцеловала то место, где пульсировала боль. — Так — хорошо?

Раманга опустил лоб на стекло, открывая супруге лучший доступ. Ещё один поцелуй коснулся кожи.

— Да, — сказал он тихо.

Он стоял не двигаясь, пока губы супруги путешествовали по его коже, будто вбирая в себя боль, пока она не прошла. Раманга обернулся, чтобы поймать эльфийку в объятия, и внезапно столкнулся с абсолютно спокойным взглядом — без тени нежности. Мгновенная догадка пронзила его. Он схватил Элиану за локоть и крепко сжал.

— Решила выслужиться? — прорычал он в лицо своей заложнице.

Та развернулась и рванулась прочь, но в этот раз вампир оказался сильнее. Раманга резко притянул эльфийку к себе и, прижав спиной к своей груди, прошептал:

— Ты мне нравишься, Элиана.

Элиана вздрогнула, но не обернулась. Она и без того чувствовала, что Раманга не лжёт.

— Ты мне нравишься, — повторил вампир. — Постарайся не испортить это отношение. Я не люблю лжи.