Когда ночь сменяет день

Я буду видеться с ним, пока… остаюсь человеком.

Улыбка Доминика была поистине дьявольской. Вихрем сорвавшись с места, он вцепился в мои плечи…

Над интерьером ночного клуба, в котором он меня оставил, потрудился очень креативный дизайнер. Пространство прорезали яркие лучи цвета электрик, по периметру были вмонтированы экраны, на которых извивались танцующие человеческие силуэты, под потолком, искрясь всеми оттенками голубого, вращалась изогнутая женская фигура, выложенная зеркальной мозаикой. В меня тут же врезалась девица в импровизированной короне из перьев.

Сопровождавший её парень широко улыбнулся, и я отшатнулась при виде его пластмассовых зубов, имитирующих вампирские клыки. Наверное, вечеринка была тематической. Вокруг то и дело мелькали блестящие шляпы, огромные светящиеся очки, перья, мигающие шарики, болтавшиеся над головой как усики насекомого… Я решительно проталкивалась к стойке. Бармен в серебряной шляпе и с уже знакомыми вампирскими клыками, повернулся ко мне, улыбаясь во весь рот. И я прокричала заказ…

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я обнаружила себя среди танцующих — в обнимку с каким-то проходимцем и хохочущей во всё горло. Так я не напивалась давно, если быть точнее, то никогда. Звуки доносились словно через плотный слой ваты, всё вокруг троилось и расплывалось. Не в силах толком рассмотреть лица своего кавалера, который вроде бы пару раз пытался меня поцеловать, я, глупо хихикая, выделывала какие-то па, считая, что попадаю в такт музыке. В таком состоянии меня и нашёл Доминик.

Оттолкнув цеплявшегося за меня парня, так что тот отлетел в неизвестном направлении, Доминик подхватил меня поперёк туловища и выволок на улицу.

— Если хотела вызвать во мне отвращение, тебе это удалось, — бросил он.

Едва удерживая равновесие, я пьяно расхохоталась и развела руками.

— Какие жестокие слова! Ты только что разбил моё слабое человеческое сердечко…

Доминик презрительно поморщился, и сгрёб меня в охапку. То, что за этим последовало, вызвало у меня настоящий шок.

Не понимая, что происходит, я оказалась в ледяной воде, барахтаясь в ней, как новорожденный щенок. Рядом по пояс в воде стоял Доминик.

— Ты вконец ополоумел! — взвизгнула я, и в тот же момент оказалась под водой. Несколько жутких секунд беспорядочно дёргала руками и ногами в отчаянной попытке вынырнуть, но рука Доминика упрямо удерживала меня внизу. Когда лёгкие готовы были взорваться от нехватки воздуха, он резко выхватил меня из водной глубины.