Дар: некромантия

Когда они вынырнули Триз услышал о себе, своем хвосте и характере множество ярких эпитетов, от которых у обоих уши в трубочки свернулись.

- Трусиха, – засмеялся Триз и поплыл к острову.

Глава 11 Под властью момента

- Ты как могла туда полететь одна? Без охраны?

Лисса смиренно стояла в тронном зале перед двумя братьями-близнецами и смотрела в пол, пока ее усиленно отчитывали. Сначала оба, потом по очереди, потом в зависимости от того, кто больше устал. К счастью или несчастью, никого в зале больше не было, иначе бы определенно бы присоединились.

- …совсем из ума выжила? – не унимался один из братьев, потрясая рукой в ее сторону.

Лисса, посмотрела на ободок, стоявшего у трона блондина, узнавая в нем Валерьяна.

Валерьян... Красивое имя. Линьямар назвал брата полным именем в зале и только тогда обратила на это внимание.

Его глаза полыхали гневом, засевшая морщинка между бровей выдавала все его недовольство, а проявляющийся оскал и подергивание губ, заставили ее отойти на пару шагов назад.

Девушка вздохнула и вперилась взглядом в ковер.

Интересные рисунки у этого ковра оказались. Такие незамысловатые. Словно змеи из одного конца в другой ползли черные линии, сменяющиеся красным, а потом и золотистым цветом, превращаясь в россыпь разномастных точек, словно взорвавшиеся фейерверки.

Лисса подняла голову, силясь понять, на чем остановились и близится ли конец этим понуканиям.

- ... мы не смогли справиться. А ты куда полезла? Хочешь, чтоб на нас Белявия войной из-за тебя поперла? – все никак не мог успокоиться Вал.

- Она этого и добивается, – хмыкнул Линьямар, приподнимаясь с трона. Он, в отличие от брата был поспокойнее и вел себя более сдержанно.

- Да, этого и добиваюсь, – согласилась уставшая девушка. – Чтоб меня утопили сирены, а Арра объявила вам войну из-за того, что невинная дева пала жертвой ваших разногласий. Тогда попаду в историю, как студентка второго курса, которая развязала межрасовую войну в Средиземноморье. Я устала. Поем, поговорим потом. – Лисса поклонилась и вышла из зала, оставив обоих эльфов с перекошенными от удивления лицами от ее дерзости.

Девушка, и правда, очень устала и не могла больше выдерживать королевские обвинения в двойном размере на голодный желудок. Тело ломило и жгло, желудок уже давно прирос к позвоночнику и подвывал от одиночества, кожа нещадно саднила от ожогов. Все же ее хорошенько солнце подпалило.

Лисса неспешно спустилась в кухню, предполагая, что по расписанию скоро будет обед.