Снова увидеть свет. Готов ли ты превратить свою жизнь в кошмар ради мести?

Алиса спрашивает его: – Опять на работу?

– Э-эх… Да. Я приеду как только смогу.

– А что за дело у тебя на этот раз?

– Девушку-подростка обвиняют в убийстве своего отца.

– Боже…

– Да уж…

– Думаешь, она виновна?

– Я думаю, исходя из фактов.

– Да, ты прав.

– Ага. Короче, я в суд, а потом обратно сюда.

– Хорошо, милый.

Немного позже…

Здание справедливого суда Атлантиды.

– Я не убивала его! – кричала прокурору семнадцатилетняя девушка, которую обвиняли в убийстве.

– Сознайся, кроме тебя, нет других подозреваемых.

– ЗНАЧИТ, ВЫ ПЛОХО ИЩИТЕ, Я ЗДЕСЬ НЕ ПРИЧЕМ!

– У тебя ведь был мотив, не скрывай это.

– Да! Я ненавидела этого подонка за то, что он избивал мою маму, но я не убивала его.

В этот момент в комнату допроса заходит Джек: – Здравствуйте, прокурор Митчел Донован.

– Наконец-то вы приехали! – говорит девушка.

– О, Мистер Найт, приехали защищать убийцу? – спрашивает прокурор.

– У меня вопрос к вам, прокурор: какое право вы имеете находится сейчас здесь? – отвечает ему Джек.

Еще с начала практики адвокатом Джеку сразу не понравился Митчел Донован, он всегда видел, что тот умел давить на человека. Даже если тот, возможно, был невиновен. Этот прокурор был одним из самых уважаемых представителей правопорядка в Атлантиде. Однако ходили слухи, что он продавался…

– Если вы позволите, то я хотел бы пообщаться со своей подзащитной наедине.

– Конечно… конечно… – странно отвечает прокурор.

Когда Донован встал и собрался уходить из комнаты, он тихо сказал Найту: – Будьте профессионалом, Найт. Это не игра в героя, помните это.

– Спасибо за ваш пафосный совет, но я как-нибудь сам справлюсь. – после ответа Найта прокурор выходит из комнаты допроса.

– Какой же он урод. – говорит девушка.

– Неприятный человек, согласен. – садится Джек за стол, открывая свой дипломат с документами по делу.

– Вы нашли улики? Я не убивала своего отца!

– Успокойтесь, давайте еще раз по-порядку: как говорила ваша мать следователям, вашего отца, Линча Рандевилла убили, когда он вышел в бар.

– Ну, меня моя чувиха пригласила затусить у нее на хате. Ну, то есть у нее дома.

– Ага. Дальше?

– Ну… мы с ней угарали до самого утра, и вдруг мне мама звонит и говорит, что отца зарезали. Черт… Мне как-то мерзко называть его «отцом».