Моя мама - ведьма. Приют для маленьких волшебников.

Хоть и большой улов, но он уже вызрел, и его надо оставить для возобновления грибницы. Да и мне на самом деле много не надо. Достаточно аккуратных юных грибочков-отроков, что уже вышли из пузатенького младенчества, но еще далеки от коренастой старости.

По следу из грибов моя опушка быстро переходит в овраг. И вот тут лес будто награждает меня за скромные притязания, вынося меня к целому выводку рыжих сестричек-лисичек.

Боже, день сегодня определенно хочет мне отплатить за вчерашнее плохое поведение генерала Аррасита.

— Ну вот, а говорил что не моя грибная фея, — весело бросаю я Каркуше, что следует за мной беззвучной недовольной всем миром тенью.

Ворон отвечает мне недовольным карканьем, и в припадке обиды даже расклевывает несчастный трутовик. А потом…

Неожиданно встряхивается, ерошит перья и срывается с ветки как голодная гарпия.

Такому поведению есть только одно объяснение — он почуял что-то магическое.

И…

Меня не занимают даже лисички, я сама перехожу на трусцу, пытаясь поспеть следом за фамильяром.

Увы, я знаю, насколько сложно даже ведьме усмирить ерепенистого духа, а без магии — я даже не пытаюсь. У меня нет инструментов воздействия, кроме как башмаком в наглую птицу швырнуть.

Предчувствия меня не обманывают — ворон вылетает на огромную, покрытую сплошь цветущими деревьями поляну. И с размаху вонзается в разноцветный рой клубящийся над поверхностью земли.

— Назад! — рявкаю я, осознавая, что если опоздала — мне конец. И Каркуше конец, разумеется тоже, но он рискует только физической оболочкой, которая ему не очень-то и нужна, разве что меня бесить.

Кажется — я опоздала. Разноцветные яркие создания разлетаются во все стороны. Но как только они разбирают, кто является причиной их испуга, воздух начинает кипеть от бешеных яростных воплей.

Господи, ведь пословице “Не буди пикси, пока оно спит” — тысяча лет. Насколько же давно Каркуша не общался с миром, если не в курсе?

— Кар! — голос ворона звучит даже возмущеннее чем мой.

Я скорей на рефлексах делаю несколько шагов вперед, а разглядев, что происходит на самом деле — бросаюсь вперед, на помощь фамильяру.

Там, на земле, скрытый в высоких цветах, бултыхается в мелкой серебряной сетке пикси-принцесса. И судя по глубоким ожогам от серебра на её коже — она уже довольно долго находится в этом плену.

Отличить принцессу-пикси от обычного роя проще простого — она в два раза больше остальных своих подданных, как пчелиная матка.