Вторая невеста Драконьего Лорда

В остальное же время своими эмоциями она ловко манипулировала. Только вместо: “Вы меня не любите” – она всем своим видом говорила: “Вы хотите, чтобы я сгорела!” Конечно, я могла ошибаться в своих суждениях, но и отрицать ее игры не могла. Потому что обычно капризная и несдержанная барышня в присутствии военачальника великолепно притворялась кроткой, молчаливой и скромной.

– Ты дура, если решила так, – вздохнула я, не спеша подниматься.

Доказывать что-то сестрице я не собиралась ни под каким предлогом.

– Я не хочу больше идти с тобой! Я сама доберусь до драконов! – решила она, порывисто поднимаясь с кровати.

– Тебя или убьют, или опять отправят на невольничий рынок, – закатила я глаза, ничем иным не реагируя на бунт на корабле. – Не будь глупой. Мы доберемся до порта и переплывем через Теплое море на каком-нибудь судне. Я лично передам тебя в храм драконов. Там помогают таким, как ты.

– А что потом будешь делать ты? – спросила она все с той же необоснованной ревностью.

– Жить, Илона. Я наконец-то буду просто жить.

Глава 5: Муки совести

Зачем он меня поцеловал?

Этот вполне обоснованный моей нервозностью вопрос терзал меня все то время, пока мы завтракали за тем же столом, что стоял в углу харчевни, с трех сторон скрытый от любопытных взглядов стенами. На мужчину я смотрела украдкой, стараясь не пересекаться с ним взглядами, но получалось у меня из рук вон плохо.

Рейтар словно чувствовал, что я на него смотрю, и неизменно глядел в ответ своими карими глазюками. Черные веера ресниц, широкие брови и залом между ними, выдающий то, как часто этот человек хмурится.

Я понимала Илону: военачальник являлся привлекательным представителем своего пола, но стокгольмский синдром лично у меня был не в почете. Да, красивый той самой мужественной красотой, от которой замирает сердце и перехватывает дыхание. Да, обаятельный, обладающий тем самым обаянием на грани дерзости, когда любое сказанное им слово вызывает волну возмущения и протеста.

Но при всем при этом этот мужчина являлся нашим похитителем. От него, от его хорошего настроения зависело то, выйдем ли мы из этого путешествия живыми. И боюсь, что в нашем конкретном случае никакая влюбленность на его решение не повлияет.

Рейтар казался мне человеком жестким. От него за версту веяло собранностью и опасностью.