Вторая невеста Драконьего Лорда 2

Сплошная стена слегка поблескивала на свету, чем и выдавала свое существование. 

– Влюбленный взгляд, Амелия, – напомнили мне, заложив руки за спину и коротко кивнув. – Ты должна сама поверить в то, что влюбилась в меня с первого взгляда, и только тогда тебе поверят другие. 

– А по-моему, моя “любовь” и вовсе не обязательна, – вновь присела я, как и подобает, а после позволила Рейтару обнять меня, удерживая пионерское расстояние. 

Пальцы правой руки утонули в его горячей ладони. 

– А если заговорщики решат, что у меня нет и шанса на твою благосклонность? Тогда они не воспримут наши зарождающиеся отношения всерьез, не увидят в тебе угрозу.

Музыка яростью, мрачной торжественностью ударила по ушам, мгновенно сменившись чем-то задорным, веселым, быстрым, как грибной дождь, образовавшийся из самой черной тучи, чего в природе быть никак не могло. 

– В таком случае у нас и вправду проблемы, – ответила я после заминки, стараясь удержать ехидную улыбку.

– Это еще почему? 

– Потому что наши заговорщики умнее, чем мы думаем. 

Наверное, это было нервное, но я все-таки не смогла сдержаться, отметив, как от недовольства сузились глаза моего кавалера. Запрокинув голову, громко рассмеялась, позволяя мужчине кружить меня по залу. Я отзывалась на каждое его касание, на каждое движение, подобно мелодии, вырывающейся из-под умелых рук музыканта. 

Раньше мне очень даже нравилось танцевать. Делая уборку по дому, я часто включала музыку и на несколько часов позволяла себе забыть обо всем, погружаясь в чужие истории, изложенные как в стихах, так и в каждой ноте.

Танец закончился. Музыка угасла, и пары остановились, замерли кто где, вновь обращая все взоры на нас. Кажется, мы привлекли внимания ровно столько, сколько хотели, но на этом Рейтар решил не останавливаться. 

Чтобы окончательно добить присутствующих, он взял меня за руку и приподнял мою кисть до уровня своих губ.

А ведь мне еще и отвечать на него как-то нужно было! О да, кому-то из нас этикетом полагалось обязательно поблагодарить другого за оказанную честь, что я и сделала, распластавшись в подобии реверанса. Жест, достойный рыцаря, должен был приниматься с достоинством королевы.