Сбежавшая невеста

Мне отчаянно хотелось пойти к ним — пообщаться, пощебетать на нашем, девичьем, но Кай строго запретил. Он узнал в одной из студенток какую — то знакомую. Червячок ревности поселился в моей голове.

- А вообще, она зловредная девчонка — нарва. Вызывающе одевается в какое-то странное розовое бельё.

- Бельё? Ты видел эту вызывающую девицу в розовом белье?

- Верно, а потом она болтала с путаной, прося ее одолжить ей одежду. А потом... она просто испарилась. Просто моргнуть глазом не успел как она телепортировалась.

- Тебе было жаль, что она исчезла?

- Что? Нет, не знаю. Просто меня это забавляло сначала. А потом я увидел, как она сопротивляется внушению и это напугало меня. Я всегда мог подчинять себе людей, а тут она смогла сопротивляться. Я был в замешатель...стве. Ты расстроена?

- Нет, что ты, все нормально.

- Прости, я не должен был что-то подобное говорить, но это часть моей жизни, маленький ее эпизод. Я уверен, что и твоя жизнь словно мозаика, части которой составляют нас самих. Прошлое — это всё, что было ранее в нашей жизни, до встречи друг с другом, а наша встреча словно переломный момент.

- Она тебя интересовала как девушка?

- К чему эти вопросы?

Он не ответил, а это значит что — то есть или было.

- Просто мы будем с ней учиться вместе и я бы не хотела быть между вами, если что — то было или...

- Ничего, ты слышишь меня, ничего не было и быть не могло. Девчонка нарва. Ее преследовал Штользерман. Она бежала. Мы встретились, провели вместе пару минут на улице в темном переулке, а потом она испарилась и я о ней не вспоминал, пока сегодня не заметил.

Поверь. И давай уже оставим эти пустые разговоры и будем собираться на построение. Сегодня мы узнаем кто с нами в одной лодке.

- Это как?

Мне было действительно любопытно.

Пока мы собирались Кай рассказывал, как он учился у себя на родине в своей Академии.

- Уклад везде в целом схож. Первый год нас будут кидать из одной стрессовой ситуации в другую, чтобы понять из какого мы теста, нужно выдержать, нас распределят на группы и начнутся мучения.

Второй год будет спокойнее и нас распределят по группам, в которых мы и будем доучиваться оставшиеся годы. Держись меня, Милз и сделай голос погрубее или более сиплым...

Ректор встал на постамент и начал свою пламенную речь о радости принять в их дружную семью новоприбывших в Академии, где в нас воспитывать будут силу и дух, желал нам успехов в учебе и во всех прочих начинаниях.

- Итак, парни, сейчас я обращаюсь конкретно к вам.