Ашлинг. Алый цвет жизни

Безусловно, я их благодарила деньгами, считая, что любой труд должен быть оценен.

Кухня у нас дома самая обычная. Облезлый дощатый пол, на котором не слишком широкой полоской расположился цветастый ковер. Между прочим, его ба сама связала лет пятнадцать назад. Правда, за все это время он стал походить на тряпочку, но выкинуть не могла. Бабуля расстроится.

Печка стояла белокаменной мощью. В ней мы готовили все. Но самые вкусные выходили блины на домашней закваске. В городе таких не сыщешь.А как сладко на печке спать холодными ночами!

Растопила кормилицу, замесила тесто.

Достала чугунную сковороду и дело пошло. Не быстрое, но приятное. Пока пекла блинчики, помыла посуду, да и вообще прибралась наспех. Вытащила сметану, да клубнику. Все свое, деревенское. Из коровьего молока, мы делаем и сметану, и закваску, и простоквашу, и масло, и творог. Где это видано, чтобы при живой корове еще молочку покупать в магазине? Тем более в Ольховке был только один ларек, который держал Дмитрий Александрович. Там продавалось все, но в небольших количествах.

— Будет вкусно, — живот забурчал.— Ух, как пахнет ванилином!

Тарелку с завтраком я положила на стол. Каждый блин обильно полила сливочным маслом и присахарила.

Довольно потянулась и зевнула. Все же, хорошо вернуться домой. Ольховка — это место для души, но жить здесь постоянно можно только в старости. Когда кроме огорода нет больше интересов. А я училась на лингвиста. Уж очень хотела стать переводчиком. Правда изначально, мечтала выучить английский, наведаться в штаты к новой семье мамаши и рассказать всю правду про нее.

Детские обиды порой могут мотивационно пнуть и вернуть на землю. Мне моя профессия нравилась. А главное, сколько перспектив!

— Ба, — я вошла в комнату родительницы и распахнула занавески. — Проснись и пой, старушка! Сегодня такой чудесный день! Солнце будет жарить, будь здоров.

— Ох, ашлинг, не могла уснуть сегодня, — прокряхтела ба. — Сны снились нехорошие. Вещие.

Ашлинг — так бабушка называла меня с детства. Глафира Ивановна говорила, что это особое слово, означающая мечту и надежду.

А я же прошестерив интернет, выявила, что это ирландское имя. Правда, за бабулей не было замечено любви к этой стране.

— Это все ерунда. Я там блины напекла, да дела переделала. Сегодня еще полью, потяпаю, обработаю листья и от муравьев отраву раскидаю. И на озеро купаться. Охлаждаться.

— Не ерунда, дочка. Сама знаешь, что в роду нашем ведьмы были.

— Да, например, дочь твоя, — невольно съязвила.