В поисках камня Онвар

Алиса странно посмотрела на него, потом перевела взгляд на труп, почему-то внутри от увиденного ничего не оборвалось, ничто не встревожило душу, видимо путешествие с Тони и остальными сыграло роль, к тому же и ее поступок… Убийством она это не могла назвать даже в своей голове – хотелось из-за этого рыдать.

Но вот страх появился вновь, с чего это вдруг она решила, что рядом с ними она в безопасности? Ничего подобного! Эти имбицилы даже могут дать ей погибнуть.

– А если бы я не успела ничего выкрикнуть?

– Было бы то же самое, только без татуировки.

– Слабо верится. – скептически произнесла девушка, скуксившись. Неожиданно Ной быстро развернулся, положил свои ладони ей на щеки и замер, смотря прямо в глаза.

Алиса сразу и испугалась, пожелав отстраниться, и покраснела, сердце забилось очень быстро.

– Ты мой единственный шанс на спасение, так что я не могу тебя кому-то отдать. – Алиса в шоке раскрыла глаза, а парень-то был очень и очень близко. – Ну это пока, – улыбнулся оборотень, на что девушка надулась, а Ной рассмеялся.

– Все-таки решил опробовать план Кая?

– Ну что-то типа того. – ехидная улыбка и Ной направился к месту стоянки.

– Все-таки ты вытворил даже больший идиотизм, чем я представляла.

– Крепись, теперь тебе придется с этим смириться.

– Ха-ха… – а тревога-то внутри усилилась.

Глава 24. Латии

«Латий стремится к свету, когда преодолевает цели!» – эта давняя пословица часто всплывала в голове Вали, как факт того, что она уже давно на самом дне.

Капаться с семантики слов – дело хоть и трудное, но интересное. Для начала девушка выяснила, что Латии – древняя раса магов, которые попали под сильную энергию давно копившегося в этих краях волшебства.

Но это не объясняло, почему стремятся к свету. В одной старой книге, которую девушка отыскала в своей прежней школе, имелся другой вариант изречения, который в большей степени подходил к Валентине.

Вот, что писал давно забытый автор: «Во-первых, следует отметить, что большинство фольклора перешло к современности через множество реформ и перевирании истории. После первой Оргторской войны, начавшейся из-за интервенции Акростоля, многие библиотеки были сожжены и уничтожены, а государство, на месте которого в данный момент и стоит Ацоль, перестало существовать. Через двести лет, после захвата Ацоля Меломом, произошел культурный, так сказать, сбой.