В поисках камня Онвар

Араквус ощутила теплые и мягкие губы парня, в голове взорвались фейерверки, она села поудобнее, обхватывая его за шею и запуская пальцы в темную шевелюру. Руки Ноя ощущались где-то на уровне лопаток, он вновь повалил девушку на подушку, воздуха в груди оказалось катастрофически мало, и она прервала поцелуй.

Голова все еще кружилась, а внутри разливалось приятное тепло, когда парень вновь ее поцеловал.

***

– Ты что-то хотел спросить? – Валя привалилась к периллам, ограждающим плоскую крышу дома Серпова, чтобы гости могли прогуливаться и не падать.

– Да, – кивнул Янь, сидя на ограждении и смотря вниз, на землю. Его ноги болтались над пустотой, но Бога это особо не волновало. – Ты давно служишь Смерти?

Его разноцветные и яркие глаза с вертикальными зрачками уставились на девушку, которая не повернула головы. Валя, решившая, что скрываться уже нет смысла, кивнула.

– Видимо, Хранительница душ знает многое про Судьбу…

– Я не верю в Судьбу, – высокомерно бросил Янь.

– Это уже дело каждого, и уж точно не Бога.

 – Гуэ сделал такое лицо, будто хотел сказать: «Умничать будешь на том свете». – В общем, родители работали на предприятии по разработки всяких зелий, экспериментировали с животными, магией и, наверняка, людьми. В тот день они взяли меня с собой, Карина была в школе, а сидеть со мной было некому. Я осталась в кабинете отца, но в какой-то момент туда ворвался разъяренный человек – даже не могу вспомнить его лица, только помню ужас и страх. – выпалила Валя на одном дыхании.

– Он убил тебя?

– Возможно, – пожала плечами Кострова. Она так хотела, чтобы слова звучали непринужденно, но этот жест выдал все. – Я только помню боль и чей-то крик, может быть, мой. Я оказалась перед Смертью в зимнем саду…

– Здравствуй, дитя. – пропела ласково Хранительница душ, единственное охваченное тьмой создание в этом светлом и чистом месте. Свою косу Смерть где-то оставила, вместо нее в руках она держала садовые ножницы и подстригала куст хризантем.

– Где я?

– В моем саду, душа.

– Я ВАЛЯ!

– Да, да. Прости мне мою глупость, Валя. – ласково потрепала душу по щеке Смерть, в мгновение оказавшись рядом.

Все вокруг было белым, но живым, настолько живым, насколько кажутся живыми зеленые растения. Бесконечные кустики, розы, фиалки, ирисы, орхидеи, дурман и много-много разнообразных цветов. Деревья высокие и крепкие стояли и тут, и там, своими стволами крепко сидя в почве, а листьями упираясь в небеса.