В поисках камня Онвар

А тем временем из темноты, из самого царства душ вышли три ужасных сгустка ненависти, всего зла и порока, когда-либо имевшего место быть в измерениях. Круглые и небольшие с тонкими руками и острыми когтями, без глаз и носа, они вырвались из заточения, повелеваемые мысленным приказом девушки. Богиня дернулась и обернулась в тот момент, когда один из безглазых и безротых чудовищ замахнулся для удара. Длинные и острые когти прошили ее насквозь, вторая и третья пары орудий Пожирателей душ обрушились на жертву.

Та закричала, но отбиться не смогла, ее ноги подкосились, послышались всхлипы и призывы о помощи, но монстры с пугающей тишиной неумолимо пронзали божественное тело. – Валя, не смотри, – прохрипел Янь, зажимая кинжал. Но девушка, быстро дыша и дрожа от содеянного, не могла отвести глаз, не могла дать обратную команду Пожирателям.

"Выпущенные по приказу, они не успокоятся, пока не закончат начатое,"– так когда-то сказал ей Бог Убийств, и так было на самом деле. Яркий свет озарил тело Янь Гуэ, сумевшего призвать остатки божественной энергии.

Он, все такой же измученный и в крови, вскочил, в два прыжка преодолел пространство между ними и прижал девушку к себе, развернулся. Валя уткнулась Богу в плечо, перед глазами все плыло, а в ушах звенели крики. – Возвращаемся, – прошептал Янь. В этот раз Валя ничего не почувствовала, перемещение оказалось совсем безболезненным, или ей так показалось. Во всяком случае, сильнее всего болела душа. Ведь она вновь воспользовалась ими, слугами тьмы, Пожирателями душ, ее слугами. Валя не чувствовала, что по щекам бегут слезы, что ее как в лихорадке всю бьет дрожь. Не понимала, что Янь сжимает ее в своих объятиях и что-то шепчет. Не видела опешивших ребят, пытавшихся разузнать, что же случилось. Не слышала, как Янь в злобе закричал на собравшихся, чтобы они отстали от них. Бог прижимал девушку к себе, пытаясь хоть немного утешить, готовый отдать все оставшиеся силы лишь на то, чтобы она пришла в себя, чтобы дать забыть ей те ужасные мгновения, чтобы дать возможность прожить спокойную и нормальную жизнь. В их первую встречу в больших темно-синих глазах он что-то увидел, что-то, что заинтересовало его настолько, что он спас ее. Все время он гадал, что же такое непонятное он разглядел в ней. Гордыню, отчаяние, злобу, может, ум или смелость, но нет. Это все в разных формах и проявлениях он видел и раньше, видел в собственном отражении, в собственной душе.