Похищенная, или Заложница игры

Вслух, по-ремидейски, с сильным акцентом. Его голос обволакивал, как шелк платья, которое ей пришлось надеть.

На мгновение Мири испытала желание поддаться чарам этого голоса и этих объятий. Замереть, расслабиться, насладиться необычными, непривычными ей ощущениями.

Но мысли о близких, оставшихся в Кофе, переживающих за нее, вновь подняли волну злости. Что он себе позволяет, это наглый мерканский колдун?! Как смеет так с ней обращаться?!

— Добрым было бы утро дома, с родителями! А не здесь, рядом с тобой, в этом ужасном платье!

«Тебе не нравится платье?»

Похоже, у похитителя иссяк запас ремидейских слов.

— Оно отвратительное и непристойное!

«Что ж, сними его!»

Никогда Мириэль не подумала бы, что в речь без голоса и звуков можно вложить столько насмешки… и в то же время столько чувственности. Слова Арелато были унизительными, но его прикосновение к сознанию ощущалось прохладно-шелковым, деликатным. Глядя в черноту его глаз под смоляными бровями, Мириэль чувствовала, как этот взгляд делает то, что предлагала мысленная речь — раздевает ее донага и обследует каждую клеточку обнаженной, беззащитной кожи.

Краска гнева и стыда залила лицо девушки до корней волос. Она размахнулась и ударила Арелато по смуглому холеному лицу.

Пощечина была столь внезапной, что мужчина не успел среагировать магией. Удар отбросил его на шаг от феи. По левой скуле расплывался багряный след. На дне черных глаз полыхнуло яростное пламя.

Мириэль подумала — если он сейчас не убьет ее, то непременно ударит в ответ. Наверно, похититель страстно желал этого. Но в следующее мгновение взял себя в руки. Усмехнулся холодно и жестко.

«Какая жалость. Тебе придется долго терпеть мое общество, фея Мириэль. Я пытаюсь сделать все, чтобы оно стало для тебя приятным. Но раз мои старания тебе не по душе, не буду тратить силы. Отправлю тебя в подземелье прямо сейчас. Никакой ванны, никаких непристойных платьев — голышом на каменном полу, на охапке соломы.

Мириэль презрительно посмотрела похитителю прямо в лицо. Изумрудный огонь ее взгляда скрестился с насмешливым прищуром черных глаз.

— Запугать меня думаешь? Не получится. Мне все равно, куда ты меня отправишь. Хуже того, что ты уже мне причинил, ты ничего не сделаешь.

«Не представляешь, насколько ты ошибаешься, Мириэль. Моли Создателя, чтобы мое терпение не иссякло, и ты этого не узнала».