Девочка из стен

Насыщенного цвета кедровый корпус был отполирован так, что, отражая свет зажженной лампы, сиял едва ли не ярче ее самой. В узком стеклянном просвете снизу качался маятник с выгравированной на нем южной короткохвостой бурозубкой.

Миссис Лора называла их внучатыми часами. Название звучало вымышленным, но девочке оно понравилось. Ей представлялась такая же, как она, юная барышня, которая, по странному стечению магических обстоятельств, превратилась в химеру, в существо, сочетающее в себе две сущности, – как русалка или сфинкс.

Подбоченившиеся в углу прихожей часы виделись девочке одновременно ребенком – и ухмыляющейся старухой.

Вместо чисел на циферблате были нарисованы двенадцать видов птиц: пересмешник, кардинал, стайки зябликов и скворцов, виргинский филин, голубая сойка, а наверху – овсянка, яркая, будто витражное стекло. Остальных девочка пока не знала – еще не дошла до них в увесистом «Иллюстрированном справочнике по птицам Северной Америки», который хранился на одной из нижних полок маленькой учебной библиотеки.

Каждый час столетние шестеренки и шкивы проворачивались, часы утробно громыхали – а затем заливались щебетанием тех птиц, на которых указывала пухлая стрелка.

Именно они будили девочку по утрам – доносившимся снизу, приглушенным криком голубой сойки. Девочка выбиралась из укромного уголка под половицами навстречу льющемуся из чердачного окна солнечному свету, аккуратно складывала одеяла и зимние куртки, которые использовала вместо матраса, и убирала их обратно в загашники Мейсонов.

Сегодня, как и в любой будний день, вслед за ее подъемом внизу тихонько заскрипела кровать – мистер и миссис Мейсон сели и спустили ноги на пол. Девочка подождала, пока они встанут, а затем, размахивая затекшими за ночь руками на манер ветряной мельницы, осторожно прошла по фанерному полу чердачного этажа к окну. Она выглянула на улицу. Ветер играл в ветвях развесистого дуба на заднем дворе. Ему наконец удалось сорвать трофейный листок, который он тут же уронил между машинами, припаркованными на подъездной дорожке рядом с гаражом.

Несколько минут спустя будильник Маршалла приступил к привычному ритуалу: он завывал, останавливался, снова завывал и снова останавливался, а его владелец упорно хлопал по кнопке повтора.

Зашипел душ мальчиков – Эдди отправился мыться. Кондиционер рядом с девочкой включился и заурчал. Она забралась прямо на него и распласталась на металлическом корпусе, приятно холодившем шею, спину и ноги.