Возвращение в Лазурный край

Перед нами было милое заведение, горящее тёплыми огоньками в этот серый и прохладный осенний день - и вся наша троица поторопилась спрятаться от начавшегося дождя в сухом и комфортном помещении. Капли продолжали разбиваться о бетонные плитки и стёкла заведения, но мне казалось, что они бьются не о землю, а об мою память. Волнение всё так же не проходило, пока я шёл, и оставалось, когда я встал на входе, дожидаясь делающего заказа Мэттью.

Но я не знал, что стану задыхаться ещё больше, когда подниму глаза вглубь кафе - туда, где должен был быть бариста.

Она улыбалась фотографу, приветствуя и принимая заказ - но по какой-то причине так же, как и я, не отрывала от меня глаз, в любой удобный момент кидая взгляды, наполненные любопытством.

-Три американо и круассана, - я поправил заказ господина Кэрри, вспомнив, что слышал из их разговора в машине, что оба мужчины ещё не завтракали. Говоря это больше на автомате, я продолжал смотреть на неё , не зная, как унять сердцебиение - и девушка почему-то взволнованно замерла, стоило только ей услышать мой голос.

Почему, почему твои глаза кажутся мне такими знакомыми, когда ты смотришь на меня так?..

Она суетилась, готовя нам кофе и собирая десерты - а я продолжал пристально смотреть, будто бы никогда не видел перед собой работающего человека. Да, она не могла понять, как я выгляжу - это было условие фотографа, по которому я должен был прятать своё лицо до релиза обложки, ведь "его знало слишком много людей вокруг, которым не стоило бы узнавать ничего заранее".

Заказ был собран - и я был уверен, что мне не казалось, и её руки задрожали, как и голос. Голос... Мог ли быть такой же голос у кого-то из компании?..

Мы вышли, но я всё ещё думал об этой встрече.

И даже когда автомобиль тронулся с места, снова продолжая путь, я смотрел в окно сквозь стёкла кафе, пытаясь ещё раз взглянуть на неё.

Встретимся ли мы ещё когда-нибудь?

Ответ на этот вопрос последовал буквально на следующий день.

Вернувшись домой после последних съёмок, предшествующих релизу обложки, я, скинув обувь и не переодеваясь, прошёл в квартиру и добрался до спальни. Единственным желанием было лечь, и как можно скорее. Я был выжат, но даже не знал, как это исправить.

Лёжа на постели, я смотрел в белый потолок, отсвечивавший желтоватым из-за света включённой настольной лампы.