Возвращение в Лазурный край

" И я конечно же улыбалась, пряча эти бумажечки в сумочку и унося с собой на работу, после чего вечером складывая их между страниц своего ежедневника. Теперь я чаще смотрела кино, гуляла по вечерам по улицам и паркам, даже нашла местный парк развлечений - и всё это благодаря Чадому, который так усердно старался отвлечь моё внимание от грустных мыслей, которые то и дело врывались обратно в мою голову без стука. И, возможно, это было бы намного легче, если бы через неделю после встречи с Ёншоу на улицах не появились плакаты и баннеры с его фотографиями, а в журналах то и дело появлялись статьи о нашумевшей начинающей модели из Южной Кореи, так неожиданно представленной в рекламе вместо запланированных съёмок Тэруо Марена.

Имя Ли Ёншоу стало катастрофически популярным, и встречалось намного чаще, чем тот, кому оно стало принадлежать - и при этом, с моей же подачи. И я не могла не думать об этом, когда на глаза мне попадалась очередная реклама с указанием имени модели. Я старалась делать вид, что не вижу такого большого количества реклам по городу, потому что Чои прикладывал для этого слишком много усилий.

В это время же я уже знала, что у Ёншоу появились социальные сети, практически пустующие, и я снова узнавала в этом его характер - он не любил говорить слишком много, если в этом не было какой-то необходимости. На страницах светились в основном сделанные кем-то посты с фотографиями из вышедших фотосессий, и я сделала вывод, что его начальство взяло управление на себя, раз он сам не собирался поддерживать таким способом свою популярность.

Единственное, что парень явно сделал сам, это была первая запись с приветсвием: "Здравствуйте, я Ёншоу. Вы искали меня?". Это было с какой-то стороны забавно - читать то, что он пишет и знать, что теперь это единтсвенный шанс узнать, что он думает. Чадому я, естественно, об этом не рассказала.

В этот день Чои сказал, что скорее всего задержится.

В кофейне было людно. Из-за количества посетителей я абсолютно перестала замечать, кто и когда именно заходит - всё равно столики быстро освобождались и так же быстро были заняты снова.

Ароматы кофе так бомбардировали рецепторы, что я уже не чувствовала ничего, кроме запаха тёплого молока и жареной горечи в воздухе. Ноги отваливались из-за постоянных пробежек к кофемашине и терминалу без возможности немного перевести дух на стуле.