Принцесса из замка дракона

Смятение! Огненные ветра возмущения и отчаянное осознание непонимания. Так что я просто ехал и обещал себе, что завтра на свежую голову со всем разберусь. А пока можно просто восхищаться красотой этой загадки.

- Я ещё про принцессу не рассказал тебе, сказитель. Юна и прекрасна! Как раз для твоих невозможных сказок.

В селение мы прибыли уже совсем за полночь. Подведя моего коня к местному трактиру старик загадочно улыбнулся:

- Опыт мой шепчет, доблестный сэр Вазгар, что я здесь и сейчас становлюсь истинным очевидцем легенды, о которой станут петь веками.

А значит, долг мой как сказителя, видеть всё своими глазами и правдиво сокласть для потомков. Не беспокойтесь, осмотрительный сэр Вазгар, я не стану вам помехой, просто буду где-то рядом.

Сил спорить у меня всё равно не было, так что я даже позволил менестрелю разразиться цветастой речью с воспеванием моих былых подвигов перед внимающими гостями и хозяевами таверны. Мне нужна была комната и лекарь, которого после таких слов заставили явиться ко мне немедля.

Это был ещё очень крепкий, но абсолютно седой знахарь, с мягкими руками и тихим вкрадчивым голосом. Пахло от него травами, и говор он имел простой, незамысловатый. Хотя ожидать в такой глуши учёного монаха было бы глупо. Пытаясь и тут отвлечься разговорами, я принялся расспрашивать его:

- А ты ведь, лекарь, местный будешь?

- Как ни на есть, сэр. Двадцать пять лет тут обретаюсь.

- А известно ли когда появилась тут эта принцесса и дракон? Откуда они вообще тут взялись?

Лекарь немного придержал иглу над пламенем свечи, вдел в неё нить и, подвинув ближе табурет, чтобы было сподручно шить мне голень, начал свой рассказ:

«Я на истину, сэр, не претендую.

Сам я в ту сторону и не хожу, мне без надобности. Меня всё чаще, наоборот, на юг, вниз по реке зовут, там много деревень больших и малых. Но в селе есть и пастухи, и охотники, есть кто и по торговым делам зачем на тракт хаживает. Так вот они, как весна началась, все сказывать стали, что в одну ночь явился там отряд королевских воей. Встали они прямёхонько на тракте, подле того места, где сейчас принцессин камень возвышается. Встали и так и стояли почти до лета. Подле себя никого не пускали. Даже караваны этой дорогой идти перестали. Чего стояли, какого врага поджидали не ведомо. Но только вдруг однажды так же в один день и ушли.

Люди, кто видали тогда их брошенный лагерь, говорили, что пожгли они все шатры свои и кухни перед уходом. Но теперь-то все судачат, что это дракон на них налетел.