Последнее пророчество Эллады: Спасти Персефону

Камни, кусты и травы, тропинка между огромных камней, исцарапанные руки и ноги, рев водопада и капли воды на щеках, сброшенные одежды, мимолетное прикосновение к синякам на бедрах, струи воды, низвергающиеся с высоты не очень монументального храма, смешивающиеся с водой из источника Канаф в небольшом озере.

Вода в источнике холоднее льда. Нет, она, кажется, сама – жидкий лед, и Персефоне никогда не понять Геру, которая когда-то окуналась сюда каждый год. Блики солнца отражаются от воды, режут привыкшие к полумраку глаза.

Вот этот солнечный зайчик – улыбка Макарии, этот – негромкий, вкрадчивый смех Гекаты, помешивающей какое-то зелье в огромном котле, а вот – пристальный, внимательный взгляд черноглазого скифского воина. Как же он говорил?..

«Я должен подарить тебе что-нибудь».

Подземный царь Аид с его обещанием не отнять, а подарить, так и остался неразгаданной тайной. Если у всего есть цена, то сколько должна была стоить его улыбка, чтобы заставить Деметру не просто действовать, а пойти на сделку с Аресом, с мразью, мучавшей ее дочь почти тысячу лет?.

.

Персефона встряхнула головой, набрала в горсть воды и умылась.

Отпустить мысли о матери было несложно – куда сложнее было не думать, не вспоминать пристальный взгляд Аида, его прохладные пальцы на ее плече.

И голос – негромкий, как шелест покрывала Нюкты.

«И если у меня ничего не получится, пожалуйста, постарайся не…».

Договорить он не успел – да тут и не нужно было договаривать. Персефона и без того понимала, о чем он просит.

И вот сейчас, после всего, что он для нее сделал, она собиралась наплевать на его последнюю просьбу.

Но эту горечь, горечь от невыполненных обещаний, тоже следовало оставить в прошлом.

Ей просто следовало провести черту.

То, что было, уже не вернуть – нужно думать о будущем. О своем новом предназначении.

Персефона задержала дыхание и нырнула. Ледяная вода обожгла ее тысячей иголок, но потом стало теплее, и она поплыла к водопаду. Она чувствовала, как вода исцеляет синяки и царапины, освобождает мысли от горьких обид и лечит душевные раны. Не все, далеко не все мог исцелить чудесный источник, но Персефона все равно почувствовала себя обновленной.

Хотя почему «Персефона»? Теперь она была Корой.

Глава 24.