Академия счастья - 2, или Пирожные всегда в цене!

Полет был неровным, плети рывками дергались то в одну сторону, то в другую, и замедляли полет. Но я была рада, что мы хотя бы не летим плашмя на скалы.

- Не слишком приспособился, - прокомментировал директор и напрягся.

На его лбу показались бисеринки пота. А плети увеличились в ширине вдвое и теперь больше стали похожи на крылья. Мы полетели над морем, вперед, по направлению к садящему солнцу, и ветерок приятно дул в лицо, и если бы не шатающиеся плети, все равно сбивающиеся с темпа, мне мог бы даже понравиться этот полет.

Сейчас же я в ужасе замерла, боясь смотреть вниз.

Вдруг Винсент замер. Мы зависли над морской пучиной, и было страшно внезапно осознать – под нами нет суши, если мы упадем с такой высоты, то уйдем очень глубоко под воду. А я так плохо умею плавать...

Я перевела взгляд на директора и опешила. Еще недавно он мило улыбался мне, а сейчас... Собранное, будто точеное из камня, лицо директора было нахмурено. Винсент застыл, будто внезапно вспомнил о чем-то или, наоборот, забыл.

- Где ты была? – холодно спросил он меня, будто незнакомого человека.

Отчужденно и безразлично. А ведь он держит меня на руках!

- Не помню... – отнекивалась я.

- Если были на кухне, почему оказались в лесу? – последовал четкий вопрос, как на допросе.

Я поглубже вздохнула и постаралась не беспокоиться. Да, я ждала этого провокационного вопроса. Боялась его и не придумала, что ответить. Но не ожидала, что он задаст его здесь, в таком неудобном месте и в неудобной позе. Краем глаза посмотрела на воду.

Как-то неприятно...

- Я отпущу тебя вниз, - вдруг сказал директор, - если соврешь. Если ты промолчишь, тоже разожму руки.

- Не надо, - испугалась я, - ты чего? Мы же так хорошо летали... Давай спустимся на землю и поговорим?

- Где ты была? – Винсент холодно смотрел вперед, и отблеск заката оставлял на его лице яркие тени.

Интуиция кричала мне, что нужно сознаться. Но это было слишком непросто... Сказать, что мы планировали побег и случайно угодили в лапы живорунам? Расписаться в своей глупости и неприспособленности.

Ну, уж нет. Пусть он будет думать обо мне, как о девушке со странностями, но я лишь частично сознаюсь. Да, это был сон, или видение наяву, но я не совру, если его перескажу.

Поэтому я решилась.

- У матушки Виринеи, - прошептала я.

Винсент вздрогнул. Мгновенное удивление промелькнуло на лице и сменилось ошарашенностью. Он так внимательно посмотрел мне в глаза, будто пытался увидеть в них силуэт загадочной женщины.