Кодекс дракона

– Не боишься, что в итоге твою душу раздерут на мелкие кусочки, когда придется держать ответ за свои поступки?»

«Надеюсь, что кредиторы передерутся до смерти, когда придет черед выяснять, кому из них я принадлежу», – огрызнулся я и вновь все свое внимание обратил на Лантия.

– Четвертый в чем‑то прав, – внезапно подала голос Третья, чьи светлые волосы сегодня были уложены в высокую изящную прическу. – При всем моем уважении к подвигам Тринадцатого, не могу не отметить одну очень важную вещь. Он одиночка по натуре.

Всегда держался особняком. Никогда не участвовал в обсуждениях. Принимал мнение большинства, если оно совпадало с его, и все равно делал по‑своему, если оказывался в меньшинстве, не пытаясь кого‑либо переубедить. Наверное, объяснение кроется в том, каким образом Тринадцатый попал в гильдию. Это не было его осознанным выбором, всего лишь попыткой спасти жизнь матери. Не в этом суть. Член теневого совета всегда должен быть в гуще событий. Он обязан спорить, убеждать, ругаться, в конце концов. Аморфная позиция для него неприемлема. Мол, говорите, что угодно, я послушаю, но все равно сделаю по‑своему.

Я с интересом взглянул на Третью. Хотелось бы знать, кто именно скрывается за бархатной маской. Девушка так точно описала мой характер и причины, по которым я старался держаться в стороне от дел гильдии, словно прочитала мои сокровенные думы.

– Я не ставлю целью принизить значение Тринадцатого для гильдии, – продолжила тем временем она, нервно сцепив перед собой руки. – Он прекрасный убийца.

Умный, ловкий, сильный и очень изобретательный. Но, как я уже сказала, одиночка. Пусть мы выберем в члены теневого совета не столь опытного человека, но готового сотрудничать, развиваться, учиться. И уметь не только слушать, но и слышать чужие доводы.

Лантий некоторое время молчал. Затем с нарочитым огорчением всплеснул руками и проговорил:

– После столь горячей речи даже не знаю, чем возразить. Что же, у меня есть еще одна кандидатура. Десятая, встань, пожалуйста.

Я знал, кого увижу перед собой, еще до того, как в зале отзвучало последнее слово Лантия. Слишком знакома мне была эта претендентка. Ее я узнал бы в любой одежде и под любой маской, потому что однажды она уже извивалась обнаженной в моих руках.

Дани, именно Дани откликнулась на призыв Лантия. Я скривился, словно от мучительной боли. Молодец, новый Магистр, ничего не скажешь. За неполную неделю успел и Дани ввести в ряды гильдии, и продумать беспроигрышный план.