Кодекс дракона

Но сейчас она, так часто спасавшая мне жизнь в прошлом, ничем не могла помочь. Все мое тело превратилось в подобие вязкого горячего киселя.

– У тебя поразительная сила воли, – пробормотал Рикки, и через секунду я почувствовал, как он подхватывает меня под мышки, помогая встать, – раз ты до сих пор в сознании. Идти сможешь? Или отнести тебя?

Я представил, как это будет смотреться со стороны: изящный юноша тащит на себе мужчину. А если встретим кого‑нибудь из знакомых? Да меня в гильдии на смех поднимут! Мол, напился до такой степени, что сам идти не смог.

Не приведи небо, еще и заподозрят во всяких непотребствах, свойственных лишь королевскому двору Тририона. Иначе с чего вдруг меня на себе именно парень тащил, куда и для каких это целей, интересно? Слухи по Лутиону расходятся быстро. Вовек потом от этой грязи не отмоюсь.

– Однако… Пожалуй, тебе придется самому немного пошевелить ногами. – Рикки быстро передумал, прочитав мои мысли. – Справишься?

– Я очень упрямый, – процедил я сквозь зубы, задыхаясь от желания расслабиться и послушно погрузиться в черное мягкое забытье.

– Поэтому – да, справлюсь.

К сожалению, на самом деле я не испытывал и малой толики той уверенности в собственных силах, которая прозвучала в моем голосе. Рикки с сомнением хмыкнул, однако удержался от сарказма. Лишь больно вцепился мне в руку, молча предлагая следовать за ним. И это оказалось очень кстати: мгла перед глазами сгустилась до такой степени, что я даже не видел, куда ставил ногу.

Пожалуй, никогда еще короткая прогулка не была настолько выматывающей.

Я не чувствовал, как передвигал ноги. Мне казалось, будто я стою на месте, а передо мной клубится непроглядная тьма. Больше всего на свете хотелось сдаться ей на милость. Насладиться ее мягкими объятьями. Позволить ей утащить себя в другой мир. Но я шел. Шел вперед с какой‑то маниакальной настойчивостью. И даже не упрямство сыграло решающую роль, а гордость. Как же так – я, Шени, член теневого совета гильдии наемных убийц упаду в обморок на потеху толпы?! Позволю какому‑то там храмовнику тащить себя на руках? Да не бывать этому! Легче умереть прямо сейчас, чем прилюдно признать свою слабость!

Спустя века бесконечного движения через мглу мы неожиданно остановились.

– Почти пришли, – произнес Рикки, все это время сохранявший упорное молчание и наверняка с интересом читавший мои мысли. – Еще минутку.

Скрипнула дверь. Я едва не споткнулся о высокий порог, но храмовник предусмотрительно подхватил меня под локоть.