Любовь без права выбора

Я напряглась было, уперлась ладонями в его плечи, но тут же заставила себя расслабиться. Нет, все верно. Я не имею права сопротивляться.

Однако Гарольд заметил мой невольный порыв. Он вдруг отстранился и нахмурился, нависнув надо мной на расстоянии вытянутой руки.

– В чем дело, Хельга? – резко спросил он. – Неужели ты по‑прежнему продолжаешь дичиться меня?

– Хеда, – поправила я с болезненной усмешкой, вспомнив о погибшей жене Гарольда. – Меня зовут Хедаша, господин некромант.

Гарольд так резко переменился в лице, словно я наотмашь ударила его.

Улыбка моментально исчезла с его губ, переносицу разломила глубокая вертикальная морщина. Он будто постарел сразу лет на десять, если не больше.

– Прости, – глухо проговорил он, избегая глядеть мне в глаза. – Прости, Хеда. Сам не понимаю, почему я назвал тебя другим именем. Видимо, яд пожирателя душ еще действует, мешая мне сосредоточиться.

Язык так и жгло от желания признаться, что я знаю, кто такая Хельга. Интересно, ответил бы мне Гарольд, если бы я напрямую спросила, как погибли его жена и сын? Ох, что‑то сомневаюсь, что мне стоит тревожить эту рану.

Вряд ли она затянулась в достаточной мере.

Гарольд устало откинулся на подушки. Вокруг рта залегли скорбные морщины. Он выглядел сейчас так, будто готов был заплакать.

Мне стало жалко его. Я легонько погладила Гарольда по плечу. Он никак не отреагировал на мою ласку, и я осмелилась положить голову ему на грудь в неожиданном даже для себя порыве нежности.

Я думала, что Гарольд в лучшем случае просто никак не отреагирует на мой поступок, а в худшем грубо оттолкнет.

Вряд ли он сейчас был настроен на продолжение любовной игры. Но неожиданно он обнял меня, с такой силой притянув к себе, что из моей груди вырвался невольный вздох.

– Найра еще ничего не рассказывала тебе о моей бывшей семье? – негромко поинтересовался он. Тут же продолжил, не дожидаясь ответа: – Хельгой звали мою жену. Она… Она погибла.

Я благоразумно помалкивала, не желая подставить под удар служанку, которая была так добра ко мне.

Вряд ли Гарольд обрадуется, услышав, что мы перемывали ему косточки. Впрочем, некромант и не ждал от меня никакого ответа. Он немного помолчал и вдруг продолжил до ужаса монотонным голосом, в котором не улавливалось никаких эмоций.

– Если бы ты знала, как сильно похожа на Хельгу, – сказал он. – Те же глаза, тот же голос. Даже характер такой же: упрямый, стойкий. Она была настоящим борцом, моя маленькая Хельга.