Ты должна мне убийство

Я распахнула глаза и тут же зажмурилась – от яркого солнца из окна в голове разлились волны боли. Уже знакомая стюардесса подошла ко мне, еще раз повторив что-то о приземлении. Ее красная помада расплылась по морщинкам, напоминая щупальца.

Кивнув ей и протерев руками глаза, я села на сиденье и выпрямилась. Никки не было, места рядом снова пустовали. Я даже не заметила, когда она перешла обратно на свое место. Я открыла рот и поморщилась – язык меня не слушался.

Я, должно быть, заснула.

Или попросту отрубилась.

Никогда больше не буду пить водку. Мне стоило быть умнее, ведь я не создана для пьянок. В животе урчало. Воздух казался сухим. Вдобавок меня мучила жажда.

Еще мне хотелось найти Никки и обменяться номерами. Когда мама говорила, что вселенная дает тебе все нужное, я только отмахивалась; в этот раз она была права. Из-за Никки я начала по-другому смотреть на мир, перестала жалеть себя. Написав тот список про Коннора, я избавилась от всех ядовитых эмоций внутри.

Теперь я действительно радовалась этой поездке. Стоит написать Эмили длинное письмо о том, что она оказалась права и мне удалось начать «жизнь после Коннора»; в следующем году я даже позволю ей уговорить меня вступить в какой-нибудь клуб или поехать кататься с классом на лыжах, даже несмотря на то, что я не умею этого делать. Научусь или по крайней мере попытаюсь.

Я ногой нащупала свои кеды под сиденьем и напялила их. Затем встала, потянулась, чувствуя себя необычайно легко, и посмотрела вперед на головы остальных пассажиров.

– Вернитесь на сиденье, – скомандовал стюард поблизости.

– Мне нужна вода, – прохрипела я, – и моя подруга…

– Вам нужно вернуться на сиденье, – повторил стюард тоном, говорящим, что он не побоится применить насилие, если кто-то его ослушается. Я плюхнулась обратно в кресло и пристегнулась.

Краем глаза я заметила что-то темное и повернулась к окну. Мы оказались гораздо ближе к земле, чем я думала.

Через пару минут колеса со скрежетом коснулись асфальта. На секунду мне показалось, что мы разгоняемся и вот-вот соскочим с трассы, но самолет начал тормозить.

– Дамы и господа, добро пожаловать в аэропорт Хитроу. Местное время – 10:08, температура – 15 градусов тепла. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах с пристегнутыми ремнями безопасности, пока не погаснет табло…

Из динамиков продолжали говорить, но я не слушала – только смотрела в окно.