Его невинная Алая

Нам нужно было постоянно быть со своим избранником – касаться его, чувствовать присущий только нашей паре запах, а также загораться общим пламенем.

– Ты идеальна, Демоненок, – хитро прищурился Лансель и уже в следующее мгновение его губы впились в мой рот, заставляя застонать и прикрыть глаза от наслаждения. Мои руки сами собой зарылись в шелковистых, мягких и спутанных волосах дертагорца, в то время как его пальцы очерчивали мои изгибы, впиваясь до синяков в бедра и спину.

Внутри меня горел пожар, который мог потушить только Лансель и только одним известным для нас способов.

Но завершить начатое, было не суждено.

В дверь постучали и мы с Ланселем разочарованно застонали.

– Давай, скажем, что нас нет? – предложил дертагорец, прижимаясь лбом в мою грудь и тяжело дыша.

– К сожалению, Смерть нас везде найдет. И мне бы не хотелось с ней ссориться, – вздохнула я, пряча улыбку в волосах Ланса. Они пахли лимоном и свежестью. Очень… бодрящая смесь. – Это, скорее всего от Энгеса пришли.

– А почему не он сам?

– Потому что будь это Энгес, то он бы просто зашел в комнату, кинул в меня моими же вещами и выделил пятнадцать минут на сборы, – я зарылась пальцами в мягкий шелк волос дертагорца, чувствуя, как даже от простого прикосновения к душегцбцу мне на душе становилось легче.

Словно кто-то разжимал тиски, что сдавливали мое сердце. – Придется вставать.

Лансель подтянулась на руках и лег рядом со мной. Я положила голову на его грудь и почувствовала поцелуй в волосы.

– Энгес хочет тебя вернуть, – Ланс не спрашивал, и от этого становилось не по себе.

Он был куда внимательнее, чем мне бы хотелось. Но я уже начинала привыкать к тому, что дертагорец меня удивлял. Он оказался душегубцем, а это говорило о многом.

– Ревнуешь? – решила я узнать, уперев подбородок в плечо мужчины и посмотрев в карие глаза.

– Невероятно, – ничуть не веселился Ланс. Он говорил серьезно, и от этого стало одновременно жарко и холодно. Нет, мужская ревность польстит любой девушке, особенно когда ревновал такой как Лансель.

Вот только… я чувствовала его эмоции, которые он пытался скрыть от меня. Безуспешно, к счастью или сожалению. – Когда он рядом с тобой, я едва сдерживаюсь, чтобы не оторвать ему голову, – его голос был тихим и злым, словно он сейчас едва сдерживался, чтобы не натворить глупостей. – Во мне просыпается настоящий монстр, а демон внутри кричит: «Мое!», – признался душегубец, касаясь моих волос. Он не мог перестать трогать меня. Это было в нас заложено на инстинктах.