Академия благородных невест. Укрощение строптивого

После – снова водные процедуры, где невест приводили в порядок, отмывали и прихорашивали, чтобы привести на ужин. К ужину же зачастую появлялись лойды, желавшие пообщаться со своими возможными супругами и получше узнать их. Но приходили не всегда, а по настроению.

После еды наступало свободное время, которое полагалось тратить на всю ту же вышивку, пение, или чтение. Затем – отбой.

А утром – все по кругу, шесть дней в неделю. Единственный выходной – воскресенье – выходным можно было назвать с очень большой натяжкой.

Потому что невест будили в то же время, сразу загоняя в термы, где следовал долгий комплекс косметических процедур, а затем отдавали лойдам.

Как провести время боги решали сами, отправляясь куда-нибудь со своими невестами (и, разумеется, дуэньями), или же оставаясь в академии. В конце недели, в главном зале, устраивалась церемония благословения – лойды отмечали тех, кто может остаться и продолжить обучение. Впрочем, как позже поведала мне Дита, первые месяцы никого не исключали, присматриваясь к претенденткам.

Да и затем, невесту, от которой отказался, например, лойд Зевс, посчитав ее недостаточно хорошей, мог спасти все тот же лойд Шанежка, забрав ее в свою группу поддержки.

А еще, лойды из первого эшелона могли выбрать себе даму абсолютно из всех, на что, собственно, и надеялись те, кто шли к Шанежке. Хотя такое случалось крайне редко.

Когда дуэнья закончила рассказ, мы как раз добрались до нужной двери, а глаза у меня сделались по пять копеек от услышанного.

Точно тюрьма. Надо бежать отсюда как можно скорее.

К несчастью, бежать пока было некуда, поэтому я вошла в аудиторию, юркнула за свободный стол и сложила ручки на коленках, как послушная девочка.

Статная дама, нудным голосом рассказывавшая о нюансах божественного этикета, глянула на меня с недовольством, но за опоздание выговаривать, или наказывать не стала – все видели, что это была прихоть лойда, а не мое собственное желание.

Остальные невесты тоже глянули, но незаметно, даже не повернув головы – дисциплина в классе была железной.

До обеда я скучала и считала про себя минуты, тянувшееся бесконечно долго. Потому что правил хорошего тона, вываленных на меня всего за пару часов, оказалось так много, что было удивительно, как остальные еще не сошли с ума, слушая подобную чушь.