Марк Олифард: Тайны небесных созданий

— Что ты ей сказала? — спросил я подругу на французском языке, который знали лишь мы вдвоем.

— Вскоре ты сам все узнаешь, — с улыбкой ответила она, взяв за руку Джеймса.

Маша тоже не желала рассказывать мне о произошедшем, поэтому мне оставалось лишь одно — ждать.

А солнце уже начинало медленно опускать вниз, пряча свои лучи за высокими зданиями Санкт-Петербурга. В воздухе царило напряжение, все ждали дальнейших действий Люцифера, но прежде всего все внимательно следили за Машей, что к моему собственному удивлению, до самого места встречи с Дьяволом хранила молчание.

На ее миловидном лице читалось грусть и раскаяние, мысленно я слышал, как она о чем-то размышляла, но избранная душа не подпускала меня в свои мысли и не позволяла их почесть в полной мере. Сейчас я был предельно зол из-за ее силы. Будь она обычной смертной проблемы с этим не возникли бы.

— Неужели тебя это нисколько не волнует? — ко мне неожиданно подошел Джеймс, пока его супруга Алексис Бронте разговорила с нашей сестрой.

— Что именно? — я притворился, что не понимаю о чем он говорит.

— Я знаю все твои страхи, Марк, — как ни в чем не бывало продолжил светловолосый ангел. — И один из них — стать смертным, обычным человеком.

— Ты вновь попал в точку, — усмехнулся я, но брат не поддержал моей шутки — сегодня он был значительно серьезнее нежели в обычные дни. — Не стоит обо мне так переживать, — добавил я уже серьезным тоном.

— Как мы можем игнорировать происходящее? — к разговору присоединился Брайан. — Ты ведь наш брат.

Я глянул в сторону кареглазого ангела, что хмурил брови и всем своим видом выражал недовольство из-за моего поступка. И когда он только успел стать таким серьезным?

— Вам прекрасно известны законы ангелов, — заявил я покосив на братьев. — И вам прекрасно известно, что я не могу поступить иначе. Я в любом случае лишусь крыльев — так пусть же это будет достойно. Не хочу, чтобы меня запомнили, как предателя или изменника.

— Марк, — на мое плечо легла тяжелая рука отца. — Мы понимаем тебя и уважаем твой выбор, но и ты пойми нас — нам безумно сложно прощаться с тобой.

— Я понимаю, — прошептал я.

Больше мы не проронили ни слова, все шли в глубоком молчание и в гробовой тише, которая, как казалось мне, давила своей угрюмой атмосферой со всех сторон.

Позади нас бесшумно шли ряды солдат — ангелов, юных учеников небесной академии. Никто из них не знал чем закончится эта сегодняшняя битва, впрочем, как никто и не знал будет ли она вообще.