Темный сад

— Элиза Миранда Антуанетта Аберкорн! Немедленно покиньте мой кабинет! Женщинам, пусть и маленьким, тут не место! — басистый голос отца заставил девочку низко опустить голову, сильнее сжимая подол в кулаках.

— Ричард, позволь я провожу её к няням, — послышался ласкающий слух голос Эдгара. И когда отец Элизы коротким кивком дал добро, тот взял её за руку, выводя из кабинета, тихо закрывая за собой дверь.

— Я, кажется, говорил не делать так, Лиз. Ты ставишь меня и отца в неловкое положение, — его голос был холоден, в нем слышалось явное раздражение.

— Ты не можешь вести себя так. Сходи и займись полезным делом, если так скучно, и не слоняйся по дому, будто беспризорница.

На этих словах мужчина отдал малышку в руки нянечки, наказав той не сводить с неё глаз, а сам скрылся в кабинете.

В тот момент сердце девочки тронула печаль. Он отверг её, и постичь причину этого детскому уму было не под силу. В какой-то момент Элиза замкнулась в себе, превращаясь из задорной и озорной девчонки в маленький нелюдимый комок, играя теперь в полном одиночестве, а Эдгар посещал её все реже, уделяя внимание работе и семейному делу, но не ей, далеко не ей.

В шестнадцать у Элизы произошел первый контакт с темной сущностью, которая проявила себя впоследствии не самым лучшим образом. Дёсны зудели, глаза жгло, а в ушах постоянно стоял непонятный гул. Стараясь уйти подальше от лишних шумов, девушка все глубже и глубже удалялась в лес, который, как и прочие земли вокруг, принадлежал её семье.

Не замечая того, она перешла на бег, неизвестно кого догоняя или выслеживая, но четкий стук быстрого сердца и пьянящий аромат страха и крови не давал ей остановиться или хотя бы осознать происходящее. В погоне за кем-то она резала руки и ноги, раня их беспощадно, пока в какой-то момент её впервые удлинившиеся клыки не вонзились в жилистую шею жертвы, к которой она приникла, жадно поглощая тягучую кровь, марая губы, щёки, шею… Лань билась за жизнь недолго, её сердце с каждым глотком стучало все медленнее, а вскоре и вовсе замело, тогда к Элизе и пришло осознание.

Да, сагнитарии по природе своей хищники, но первая отнятая жизнь давалась многим из них непросто. Попытки привести животное в чувство не увенчались успехом, а окровавленные руки, лицо и грудь заставляли себя ненавидеть. Она рыдала над трупом убитого животного,

размазывая грязными руками кровь по лицу, ненавидя себя за содеянное.