Дневник Арти

Он смотрел на свою спутницу жизни — прелестную и очаровательную супругу: в ней, казалось, соединились все те черты и наклонности, которые он всегда хотел видеть в избраннице. Только в этот вечер беспокойство так и наползало на ее вытянутое овальное личико. Вот и сейчас Ната зацепила тарелку с вилкой краем локтя, выглядывавшим из ситцевой длинной футболочки лазурного цвета. Раздался тревожный звоночек.

— Мне кажется, что всю жизнь, — мягким баритоном уверенно произнес он.

Ната восхищенно смотрела на него.

В такие минуты, как эта, когда он не набрасывал в голову сложных размышлений, не пытался осилить те волнообразные перемены, что накатывали на нее, а просто и спокойно, без тени сомнения, брал ответственность за все на себя, она растворялась в его голосе, как в мягкой подушке, тревоги уходили, уступая место теплой нежности.

— Шутник ты мой! Иди ко мне!

В ночи растворилось все: и новости, и спагетти, и двое людей, для которых не существовало мира, кроме них.

Новый день пришел так же незаметно, как и все предыдущие до него.

— Исходное положение: ноги врозь, руки на поясе! Делаем медленные вращения головой влево-вправо под счет! И, начали! Р-раз, два, р-раз, два!

Огромный физкультурный зал, как всегда по утрам, оказался наполнен детьми и солнечным светом. Крик, смех, гам остались на перемене. Как всегда, Гоша провел свою любимую инструкцию перед началом урока, задал рамки дисциплины, за которые он не позволял выходить. Он не пытался быть строгим воспитателем.

Для этого хватало других его коллег, которые дали б ему фору — и то он бы не догнал. Там одних физических навыков было маловато. Но Гоша не расстраивался: вот младший класс его любил, а видеть улыбки на их детских лицах — это многого стоит!

«Но почему Ната уже не первый вечер спрашивает меня, сколько мы знаем друг друга? Что это с ней происходит? Она же знает, что я от нее без ума! Да, пусть не всегда говорю об этом… Но разве мужчина должен каждый день об этом говорить?»

— Класс, не отвлекаемся! Направо! Начали бег по кругу! Десять кругов! Шагом марш! Перешли на бег! Молодцы!

«Что она так смотрит мне в глаза? Так пристально, пристально, точно читает мою душу? Ох, Наточка, милая, любимая! Как же я тебя обожаю! Ты — все, что у меня есть.

Если не считать этих маленьких попрыгунчиков».

Гоша заулыбался. Дети, что пробегали мимо него, улыбнулись в ответ.

«Ох, сорванцы, все замечают! Но за это я их и люблю.