Две невесты дракона

Дерек усмехнулся и, взяв ее ладонь, положил себе на сгиб локтя.

— Помнишь, когда мы только встретились, в кузне, — сказал он, ведя ее в замок, — я предлагал тебе поехать со мной в горы.

Ирга кивнула.

— Я говорил, что покажу тебе золотые водопады, — он покосился на рыжую макушку. — Хочешь на них посмотреть? Никто не предполагал, что жизнь так повернется, но раз уж ты здесь…

— Очень хочу, — ее глаза вспыхнули интересом.

— Нэш, — позвал он слугу, — как думаешь, где лучше разместить Иргу?

— В зеленой комнате, — сразу сказал тот.

— К тому же на самом верху башни. Оттуда не так-то легко удрать, — одобрил Дерек.

— Я же обещала… — насупилась Ирга.

— Отдохни, а на закате съездим к водопадам, — сказал он.

***

— Ирга, — Нэш ходил туда-сюда по маленькой комнате, укрытой зелеными, как мох, коврами. — Это твой единственный шанс.

— Угу, — промычала она, хрустя яблоком.

— Я серьезно. Дерек собирается оставить Лилейну здесь, в замке.

Ирга замерла с огрызком у рта.

— Вот тебе и «угу», — передразнил он ее и взъерошил волосы. — Надо разработать стратегию. — Он глянул на Иргу, глаза которой медленно наполнялись слезами. — Будем давить на жалость.

— В смысле?

— Ты бедная невинная девушка, из-за рока злой судьбы обреченная на муки. Постарайся выглядеть печальной, вот как сейчас, это трогает даже мое нечеловеческое сердце. Можешь заплакать. Несчастные глаза, дрожащие губки. Дерек захочет тебя утешить, пожалеть…

— Пусть засунет свою жалость в свой серебряный зад, — буркнула Ирга, бросая огрызок на поднос.

— Ты забыла? — рассердился Нэш и сложил ладони чашами весов, покачал вверх-вниз. — Дракон или Дерек.

— Кому нужна слабость? — нахмурилась она. — Я не понимаю. Жалость — не любовь.

Нэш потер подбородок.

— Знаешь, ты права, — вздохнул он и присел на старый бочонок, на который положили подушку, превратив в подобие стула. — В конце концов, что я могу знать о любви? Я ведь даже не человек.

— Ты никогда не оборачивался? — спросила Ирга.

— Последний раз — когда меня топили, — сказал Нэш и легонько стукнул пяткой по бочке. — Точно в таком бочонке. Может, даже в этом самом. Мальчика откачали, по милости матери Дерека, а кошачья сущность умерла. В той бочке прежде квасили капусту. До сих пор ее не переношу. Мутит от одного запаха.

— Ох, Нэш! — Ирга подошла к нему, положила руку на плечо.