Неправильная ведьмочка или некромант на задании

Подавшись какому‑то внутреннему порыву, я вцепилась в Черновского, крепко обняв его за шею.

– Душить будешь? – спокойно вопросил он, не спеша избавляться от меня.

– Нет – пискнула я и скрыла покрасневшее лицо на его груди.

– Спальня где? – и снова слишком спокойный голос.

– Спа..альня – от неожиданности я даже подняла голову, посмотрев на него, но дрожащий голос и пылающие щёки выдали меня с потрохами.

А этот гад улыбался и не собирался скрывать своего наслаждения от происходящего.

– Спальня, спальня, будем укладывать спать непослушных девочек.

Мои глаза точно сейчас напоминали два блюдца от удивления.

– Не по‑слу‑шных девочек?!! – не скрывая негодования вырвалось у меня – Да ты… знаешь кто ты…? – не стесняясь, я пнула его в грудь и попыталась вырваться, но не тут-то было, Черновский сжал объятия и не собирался меня отпускать – Отпусти!

– В начале спальня и чай горячий, без ванной так уж и быть обойдёмся. – этот откровенно насмехался надо мной.

– Да ты… Ты…

– Василиса, спальня – потребовал он вкрадчиво.

– Там – махнула я в направлении комнаты, всё ещё продолжая злиться на этого… этого… слов нет, чтобы его обозвать.

Черновский в несколько шагов пересёк мою квартиру и достигнув спальни, очень нежно и аккуратно, но всё же уронил меня на кровать.

– Ау…

– Лежи, кухню найду сам. – Черновский развернулся и вышел из комнаты.

Оставшись одна в комнате, я в полной растерянности уставилась в потолок пытаясь переварить всё случившейся за сегодня, в особенности новый пока ещё непонятный элемент в лице Никиты Черновского.

Глаза слипались, и последняя вспышка активности стремительно спадала на нет. Мысли путались, и в голове появился какой‑то шум. Я пыталась сфокусировать внимание, как‑то удержаться в реальности, но сознание медленно уплывало. Сквозь марево в голове, я расслышала какой‑то шум в коридоре, кажется кто‑то ругался, но слов я не смогла разобрать. Нужно было встать и объяснить всё Боре и Феде, а то может выйти скандал. Но со мной происходило что‑то непонятное, силы буквально утекали, и разум помутнел. Звук открывающейся двери и возглас Никиты:

– Вася!

«Всё в порядке, это просто слабость» – хотела было сказать я, но язык не желал слушаться, и из горла вырвался лишь какой‑то сип.

Кажется, Черновский что‑то говорил, кажется даже схватил меня за плечи, кажется, где‑то совсем рядом раздался громкий «Мяу» моего фамилиара Бори, и обеспокоенный голос домового Феди. Но всё происходящее было будто в тумане.