Я у мамы зельевар. Держись, столица!

А… может быть, вы знаете, как можно дозваться кого-то из стражников?

– Никак, – «обрадовал» меня Драас. – Сюда приводят тех, кого потом сразу конвоируют на суд. Суд не такой, как обычно, а маленький, только с одной дорогой.

– Куда? – подозрительно поинтересовалась я.

– На плаху, – с готовностью ответил Драас.

Я чуть не рухнула в обморок, но меня кто-то подхватил.

– Тихо-тихо, что ж все такие нервные-то. Женщины не изменились за все те годы, которые я тут бывают.

– И за какие же? – слабо спросила я.

– Ну, лет двести, – охотно отозвался он, аккуратно возвращая меня в вертикальное положение.

– В общем, я пришёл помочь. Отсюда можно сбежать. Есть тайный ход, который известен только мне.

– А что я за это буду должна? – подозрительно уточнила я.

– Зелья, – последовал ответ. – Много зелий для восстановления физической оболочки. Видишь ли, моя совсем поизносилась, поэтому её надо подлатать.

Я только хлопнула ресницами. Значит, вот как. Ну, хорошо, это можно. Правда…

Очень сложно подозрительно посмотреть на собеседника, если даже не знаешь, где он.

Определенно, сегодня не лучший день в моей жизни.

– Соглашайся, зельевар. – Меня похлопали по плечу. – Это прекрасная сделка.

– А как мне убедиться, что ты не врешь и не пытаешься подставить меня побегом из королевской тюрьмы?

– Никак, – радостно сообщил Драас. – Но подумай сама, если тебя не вытащить, кто мне будет варить зелья для восстановления?

– А что, мало зельеваров в Ридзене?

– Таких, как ты, да.

Ответ меня обескуражил.

Нет, каждый зельевар хочет иметь нечто свое, уникальное, что не смогут повторить коллеги, но… Я ещё до такого уровня не дошла.

– Ты можешь мне не верить, – вдруг как-то серьёзно сказал он, – но… подумай сама. Как много ты знаешь о выпущенных из королевской темницы?

Я вдруг поняла, что никогда не слышала ни о чем подобном. То есть… конечно, не интересовалась, но об этом обязательно бы говорили хотя бы на рынке, где постоянно витают свежие сплетни.

– Не знаю, – призналась я.

– Вот.

Некоторое время мы молчали. Вмиг как-то стало совершенно ясно, что пусть я не знаю, кто такой Драас, но вот если сидеть тут и ничего не делать, то, скорее всего, ничего хорошего не будет.

И то, и то не привлекает, но выбираем из двух зол меньшее.

– Ну так что? – поинтересовался Драас.

– Я согласна. Веди.

За спиной раздался довольный смешок. Ага, значит, находится сзади меня.

– Но сначала поклянись, что не причинишь мне вреда.

– Хм-м-м, а ты умная девочка.