Снежная ночь, или отбор с подвыподвертом

У него, наверное, и своих проблем хватает, а тут еще я со своим непрошеным визитом.

- Альбертина, я боюсь напугать вас еще больше. Но королева, издавая указ о наложении печатей на переходы и почту, добивалась именно этого. Лишить любой возможности подать весточку, как вывыразились. Я понимаю ваше отчаяние, даже если в это не верится, но как я уже сказал, единственный разумный вариант действий - это смириться с неизбежным.

Увы, я оказалась права. Вряд ли этот человек просто так находится во дворце, затерянном где-то среди снегов, без возможности связаться с внешним миром.

В этот момент снова зазвучал голос Дерека:

- Господа, ужин подан. Прошу вас пройти к столу.

Стол к ужину был накрыт в смежной комнате, которая по прихоти кого-то из прежних обитателей дворца была увешана зеркалами. Меня, если честно, это насторожило и испугало. Зачем в одной, скромных размеров комнате столько зеркал? Тем более что все зеркала были разной величины, разной формы, и рамы, их обрамлявшие, тоже поражали разнообразием: от совсем простеньких до массивных и безвкусно роскошных.

- Кто-то из обитателей дворца собирал коллекцию зеркал?- это единственное объяснение, что пришло мне в голову. Мой таинственный спутник окинул комнату хмурым взглядом.

- Можно и так сказать. Просто не обращайте на эти зеркала внимания. Я бы с радостью вам предложил другую комнату, но увы. Приказ королевы.

Прозвучало это странно. Мне стало еще страшнее.

Ужин немного сбавил градус напряжения. Фаршированная утка и глоток хорошего вина вернули способность рассуждать здраво. Утолив первый голод и уняв нервную дрожь, я настойчиво напомнила своему соседу по столу о правилах приличия:

- И все-таки, почему вы так и не назвали своё имя? Если, как вы говорите, мне целый месяц придётся волей-неволей общаться с вами, должна же я к вам как-то обращаться? Или это тоже приказ королевы? Держать свое имя в тайне?

Мне пришлось подождать, пока напускающий таинственность на свою персону господин разделается с уткой и воспользуется салфеткой.

Сейчас, когда мужчина сидел прямо напротив меня и нас разделял всего лишь стол, который для двоих был не так уж и велик, я могла в мельчайших подробностях рассмотреть его лицо.

Серые глаза были непроницаемы.