Сбрасываем маски, господа

Я вздохнула облегченно и вновь взяла в руки злополучный отчет о начислениях в казну от кланов Темных Земель.

– А чего они всегда к тебе залезают в палатку все вчетвером? Здесь же и так дышать нечем! В походе разве ж нормально помоешься? – проворчал голос у меня за спиной, который за это утро уже стал для меня ненавистным.

От неожиданности дернулась и случайно смяла злополучный отчет. Раздраженно обернулась. Так и есть. На моем лежаке во весь рост растянулся Эррор.

– Слушай, ты! Мало ты мне жизнь попортил! Чего сейчас за мной таскаешься? – взъярилась я.

– Да ладно. Разве плохо быть Темной Наследницей? – удивился Эррор.

– Меня убить не хочет только ленивый. Я живу в постоянном страхе, что это мой последний день жизни, плюс, вполне возможно, скоро сойду с ума! – возмутилась я.

– Ну, у каждой должности свои недостатки. И вообще, не нервничай, тебе вредно, – философски заметил бог.

– А чего сейчас за мной ходишь? Заняться больше нечем? – уже более миролюбиво спросила я.

– Не то, чтобы совсем нечем, но ты забавная. И с тобой уж точно скучно не будет. За один только этот год сколько всего наворотить успела, – восхищенно присвистнул он.

– А как же следить за порядком в этом мире и прочее бла-бла-бла? Кстати, хреново выполняешь свои обязанности. Здесь постоянно мочат Темных Наследников, – огрызнулась я.

– Э-э, ты это, не путай. Это не мой мир. Я не имею права что-либо делать, – начал отрицать бог.

– Как это? Ты же великий и ужасный Эрроральд! И ничего не можешь? – не поверила я.

– Я не Эрроральд. Я Эррор! – возмутился он.

– Что? – опешила я.

– Эрроральд – это мой старший брат. А я – Эррор. Только недавно стал совершеннолетним и еще не имею права ни на свои миры, ни наследовать миры своих родственников, – объяснил Эррор.

– А почему вас зовут почти одинаково?

– Мама назвала брата Эрроральд. Ей это имя очень нравилось. А когда меня рожала, то умерла при родах.

– С ума сойти! А где Эрроральд? И почему ты не в универе, в таком случае? – попыталась разобраться до конца я.

– Умер. А меня сегодня ночью отчислили. Ладно, пойду я. Что-то настроения нет. Еще увидимся, – хмуро сказал он и исчез.

Я же так и осталась с отвисшей челюстью.