Мой наставник - Ассасин

- Здесь я - Мастер!

- Она ранена и продолжать бой не сможет, - проигнорировав едкое замечание, с нажимом произнес воин.

Сейчас я могла поклясться, что под фарфоровой маской на его лице не дрогнул ни один мускул. Он не боялся своего бывшего наставника и не собирался отступать. За что я была ему безумно благодарна.

- Тогда забирай девчонку и проваливай, - прошипел Мастер и, развернувшись, зашагал прочь.

Еще несколько мгновений Ласка не двигался, настороженно провожая взглядом своего наставника.

А я гадала, что заставило его за меня вступиться и навлечь неминуемый гнев Настоятеля? Ведь ассасина явно не погладят по головке за подобную выходку. И тем ценнее для меня был его поступок.

Наконец, он повернулся и окинул меня внимательным взглядом, лишь на мгновение задержав его на моей ране.

- Вставай, - приказал он, протянув мне руку.

Я не стала отказываться, вцепившись в его ладонь и вложив остатки сил, чтобы подняться. Слабость наваливалась свинцовой тяжестью, я с трудом переставляла ноги, но все же брела за Лаской и не оборачивалась, хотя прекрасно чувствовала на спине чужие взгляды.

Пусть смотрят - дыру не протрут.

Воин молчал, но я чувствовала витающее вокруг него напряжение, и от этой тишины становилось тревожно.

- Спасибо, - выдохнула я, когда мы вошли под своды Храма. - Если бы ты не вмешался, Рэс убила бы меня…

Неожиданно я оказалась прижата к стене. Мужские пальцы больно стиснули мое плечо, в серых глаза, виднеющихся в прорезях маски, я увидела злость.

Вот только этот гнев был направлен не на меня.

- Не надо было вмешиваться, - прорычал он. - Сегодня-завтра, какая разница? Ты все равно умрешь. И о чем только думал Змей, когда притащил тебя сюда? Никогда не думал, что он страдает сентиментальным кретинизмом.

- А он и не страдает! - возмутилась я, чувствуя, как от обиды подрагивают губы и щиплет глаза. - И раз уж ты считаешь меня трупом, то зачем помог? Почему было бы не постоять просто в сторонке, пока меня не прикончат?

Я смотрела с вызовом в холодные серые глаза и ждала ответа.

Боль в боку стала почти невыносимой, голова кружилась, перед глазами мелькали красные круги, а роба насквозь пропиталась кровью. Сколько я еще протяну, прежде чем силы полностью меня оставят? Судя по самочувствию совсем недолго…

- Наверное потому что тоже страдаю кретинизмом, - глухо уронил Ласка и, наконец, разжал пальцы. - Ступай в свою келью - обработай рану, - жестко.