Морган Кольят: человек с тысячей лиц

Ведь сегодня, если мне не изменяла память, должна была начаться рабочая суббота, а дальше один спокойный выходной день. Мама бы поутру громко болтала по телефону, договариваясь о выгодных сделках, заваривая капучино, ну а я бы спокойно позавтракала и поехала на учебу. В университете повстречала бы Дэвида с опухшим после пьянки лицом и выслушала все его нотации по поводу исчезновения с вечеринки, дополненные рассказами о недавних любовных подвигах с дамой с щупальцами на голове.

…Несколько лекций, один зачет, а дальше домой на автобусе или же на «шевроле» Дэвида; работа по дому, бессмысленное перелистывание страниц в интернете, написание курсовой работы и здоровый сон в мягкой теплой постели с хрустящими от чистоты простынями.

Но нет! Вместо этого я очень голодная и уставшая бродила по лесу в поисках следов цивилизованной жизни. Глубоко в душе я понимала: еще несколько дней таких скитаний, и я могла бы со спокойной душой встречать свою погибель.

Мне не хотелось этого признавать.

Через несколько минут я вышла на небольшой склон, освещенный алыми солнечными лучами, и сплюнула в сердцах — это был очередной спуск в низину, с которого открывался пугающий вид на бесконечную, такую же однообразную лесную степь, расползшуюся до самого края видимых границ.

Я знала, что сдаваться нельзя. Меня с детства учили идти до конца. Держаться из последних сил, чтобы хоть чего-то добиться. Но сейчас я была в полной растерянности и нерешительности. Как отсюда выбраться? Что делать?

Очень хотелось есть.

По пути обратно к ручью я попыталась найти съедобные ягоды. Но здесь таковых не было. Вообще никаких. Даже поганки с мухоморами отсутствовали в этом краю, исчезнув так же, как все животные и птицы.

С каждым часом становилось все холодней. Не в силах идти дальше, я присела возле ручья и опустила в ужасно холодную воду болевшие, намозоленные ноги, начиная копошить пальцами мягкий текучий песок.

Блаженство.

Вновь включенный телефон не порадовал меня и одним делением спутниковой связи.

Сеть здесь не ловила, как и во всем остальном лесу, а в небе уже потихоньку стали появляться первые звезды. Алый закат все меньше занимал пространства на небесном полотне, сгоняемый лоснящейся тьмой.

Я начала нервничать

Наступили своего рода сумерки, окрашенные кровавым закатом. Я с тоской посмотрела на нежеланную смену дня и ночи и молча застегнула молнию на толстовке до самого конца, накинув на голову капюшон.