Морган Кольят: человек с тысячей лиц

Непроглядная тьма начала уходить прочь, уступая место новому дню и моросящему дождю, встретившему меня снаружи вместе с холодным, пронизывающим до костей ветром. Стоило мне вылезти из палатки, как меня проняла неприятная дрожь, и я мысленно выругалась: надо было одеваться теплее.

Обернувшись по сторонам, я заметила, что лагерь поник в неестественном угнетающем молчании: большая часть войска до сих пор спала, по периметру бродило несколько звенящих доспехами настороженных стражников, и двое таких же охраняли вход.

Все тропы превратилась в грязь, появились лужи. Я видела вокруг себя почерневшие угольки костров, какие-то чашки, ящики, миски, столовые приборы, и мне это совсем не понравилось. Создавалось ощущение, словно воины уже пали духом и не собиралась сражаться дальше.

Висящие на палатке амулеты, снятые с мертвых эльфов, устрашающе позвякивали на ветру, нагоняя плохие мысли. Шатер Джун, попавший в поле зрения, оказался плотно задернут и закрыт. В воздухе витало еле ощутимое напряжение.

Интуиция?

Не решаясь больше задерживаться на холоде, я опустила подаренный амулет в первую попавшуюся чашку с водой, копившую дождь на земле, отчего жидкость в ней начала шипеть и пузыриться.

Пока дракон находился в кружке, я поняла, что под определенным углом поворота глаза у него все же загорались, причем очень неестественно ярко, а если я чуть наклоняла амулет, то огоньки глаз угасали или пропадали совсем. Когда я достала его из кружки, он (я не верила своим глазам) начал самостоятельно покачиваться, тянуться в определенном направлении, напоминая компас.

Это была первая магия, что я встретила в новом мире, помимо не действующего на меня гипноза. Ничего не оставалось делать, как привязать веревку с драконом на запястье и спрятать в рукав, чтобы не привлекать лишнего внимания. Ведь этой вещи у меня и в помине быть не должно.

Тут и дурак бы понял, что амулет меня куда-то звал, прямо-таки требовал, чтобы я пошла за ним.

Неужели вчерашний гость вернулся?

Я вновь вернулась в палатку, шурша пологом, но Мелани даже не вздрогнула от внезапного шума — она всегда очень крепко спала.

По крайней мере, мне так казалось.

Пройдя в самый дальний угол нашего жилища, я присела на корточки и попыталась в захламленном углу найти теплый дорожный плащ с капюшоном — мерзнуть мне не хотелось.

Ловушка ли это? Скорее всего — нет. Охотник не стал бы меня обманывать, это не в его интересах. Он же сам обещал помогать. Я знала, что горящий амулет — это его рук дело.