Морган Кольят: человек с тысячей лиц

— И что?

— И мы остались ждать одни в опустевшей деревне, отправив мать в безопасное место вместе с остальными людьми.

— Он не пришел?

— Да нет, пришел, — паренек выдержал мучительно долгую паузу. — Знаешь, откуда вообще появились первые Охотники?

— Не-а.

— Это были обычные люди, которых все знали и любили, с которыми что-то сотворил этот упырь Аластор. И угадай, за кем они сначала приходили?

— За своими родными! — в ужасе ахнула я.

— Именно, — согласился Коннор. — Люди, однако, такие наивные, такие глупые.

Одним дождливым вечером Мири прибежала все светящаяся от счастья со словами, что видела брата. Мол, он жив, здоров, и скоро мы все вместе отправимся к портовому городу… Вот дурак, — процедил юноша сквозь зубы. — Почему на следующий день я отпустил её одну?

— Ты не знал… — мне хотелось как-то успокоить своего нового друга, но он будто не услышал меня.

Все мы слышали слова беженцев, что принесли дурные вести в Стариттан, — грустно хмыкнул юноша. — Они утверждали, что спастись удалось только счастливчикам, находившимся по другую сторону крепостных стен, так как буквально через несколько минут после удара молнии главные ворота города были закрыты вражеским войском.

— Что было дальше?

Парень мотнул головой, словно отгоняя от себя навеянных призраков прошлого:

— Мири ушла за братом, чтобы привести его к нам, и не вернулась. На ее поиски ушел Клауд — знаток местных лесов, но когда тот возвратился один, я все понял по его окаменевшему лицу.

— И он привел тебя к ней? — я боялась услышать развязку этой истории.

— Я до сих пор помню этот день, — понизив голос, сказал Коннор. — Шел дождь. И она такая хрупкая, вся поломанная лежит в мокрой траве. Тогда я осознал, что ничего уже не будет как прежде.

— Мне жаль…

— Ну а дальше мы с Клаудом нашли отряд Сопротивления во главе со спасшимся командиром городской стражи, после чего мой брат лишился рассудка.

— Как так?

— А как люди лишаются рассудка? Он ушел на охоту за дичью, а потом его принесли в лагерь совершенно седого и контуженного.

Но... — Коннор повернулся через плечо, и я удивилась, заметив на его лице легкую улыбку. — Я стараюсь находить во всем положительную сторону. Все эти события сделали меня сильнее и самостоятельнее. Тем более моя мать успела сбежать с этих земель, а старший брат все еще со мной. Конечно, я все еще готов из-за Мири лезть на стену от горя, но семья — самое дорогое, что у меня осталось.