Морган Кольят: человек с тысячей лиц

В его взгляде зазмеились гнев и обжигающая жгучая ненависть.

К самым страшным опасениям, седовласый воин потянулся к рукояти кинжала (боковым зрением я увидела, как Коннор, занервничав, медленно стал отступать назад), но вдруг остановился, даже не дотронувшись до оружия. Он опять переменился в лице, и, выдохнув, просто провел рукой по свалившимся на его лоб волосам.

— Это ты во всем виноват, — неожиданно фыркнул Клауд на брата и рванул вслед за Эрикой, шепча гневные ругательства себе под нос.

— Что это было? — спросила я у побледневшего юноши, который так и смотрел в одну точку — на место, где только что стоял наш потенциальный убийца.

— Очередной срыв. Он просто не хотел быть в этом замешан, — шепнул в ответ тот.

— Так постоянно?

— Он бесится, как только меня видит, — Коннор обернулся и поднял на меня грустные глаза. — Добро пожаловать в лагерь Сопротивления, Альма.

Глава 6 Хочешь вернуться домой?

Джун оказалась очень милой и жизнерадостной женщиной, но с очень раздутым самомнением, всячески восхвалявшей себя, словно вокруг ее персоны вертелся весь мир.

Она, не умолкая, рассказывала о своих способностях ясновиденья и целительства, без которых беженцы давно бы погибли, а я скромно улыбалась и помалкивала, скрывая собственное мнение на этот счет.

Женщина, как и многие здесь, занимающие в лагере важные посты, была немолода: смуглокожая, курносая, с множеством мимических морщин и темными волосами подвязанными синим платком, она походила на цыганку, как внешне, так и создаваемой в шатре обстановкой.

Меня окружали свечи, потрепанные старые книги, декоративные блестящие безделушки, постель из звериных шкур, котел в темном углу, карты, сложенные стопкой (кажется, игральные), и стеклянный синеватый шар на столе (хотя она меня до последнего уверяла, что он из чистого хрусталя!).

Чем больше она говорила, тем меньше я ей верила. И вскоре, устав от болтовни, такой же бесполезной и пустой, как назойливое жужжание комара, я начала слушать гадалку в пол-уха, погружаясь в собственные тяжелые думы.

В какой-то степени я чувствовала себя потерянной — не знала, что мне делать и куда идти; где спать и у кого просить одежду. Не знала я теперь и того, как мне избегать новых встреч с Клаудом, который возымел все шансы сместить бритоголового Охотника с пьедестала самого страшного существа из моих новых кошмаров.

«И почему он меня так невзлюбил?»

— Да потому, деточка, что он не хочет лишних забот и проблем, — ответила колдунья на мой мысленный вопрос.