Свет Нового Солнца. Том 5

- Потому что претит человеческой сути. – Пробурчал Алатэ, который тоже наблюдал за погибшей тварью: та всё ещё ворочалась, но явно издыхала. Да и разве могло хоть одно существо пережить разрубание пополам? Если и да, то странный сухопутный «чёрный осьминог» к этим существам точно не относился.

- Алатэ, - напомнил другу о себе юноша, - почему невозможна описанная тобой картинка?

- Потому что нет рычага, - прошептал маг тьмы, и помотал головой, приходя в себя. В отличие от Лайнела, он явно отнёсся к бою серьёзней.

- Какого ещё рычага?

- Весов, Лайнел. Весов. Что-то должно уравновешивать. Обязательно. Или нет… я не знаю. Но уравновешивающий элемент должен присутствовать. Для Сахгдии это долгое время были рабы. Чтобы простые люди могли жить в более-менее достатке, рабам приходилось проживать свои тяжёлые жизни. А чтобы знать купалась в роскоши, беднякам приходиться жить в нищете. Я не знаю, Лайнел, как это работает! Но этого не избежать. Всегда должно быть что-то уравновешивающее.

- Понимаю.

Лайнел призадумался, прислушиваясь к своему сердцу. Самым обидным для юноши было то, что сердце было полностью согласно со словами друга. Да и пояснения про рабство, как и про знать с бедняками, больно и обидно ударили по сердцу своей правотой.

Юноша почувствовал, как снова подступают к глазам слезы. Что-то явно происходило в его душе, он со злостью смахнул одну слезу, затем другую, потом не выдержал и расплакался.

- Да что со мной такое? – гневно спросил Лайнел, продолжая смахивать слезы, и опускаясь на землю под собой. Он сел на песок, под которым местами угадывалось очертание дороги. Древний город каким-то образом сопротивлялся погребению под песком.

- Плач, мой друг. Плач столько, сколько это потребуется. Это твой путь, и пока ты идёшь по нему, ты будешь меняться столько раз, сколько понадобиться, чтобы достигнуть цели.

- Да пошёл ты! – выругался на друга юноша, продолжая рыдать. Алатэ злил его, но ещё больше Лайнела злила реальность. Он понимал, что друг говорит верно, и это злило юношу только сильнее.

- Неужели ничего нельзя сделать? Неужели, чтобы мои родные жили в мире и достатке, обязательно кто-то с другой стороны должен страдать?

- Я не знаю, друг. Если бы знал, то показал бы тебе иной путь.

- Я понимаю, Алатэ.