Свет Нового Солнца. Том 5

Алатэ снял через голову пустынную накидку, затем начал расстегивать жакет, который сейчас был на нём. Под одеждой оказался голый торс. Юноша широко открыл глаза, когда ему открылось тело друга: всё оно, буквально всё тело мага тьмы покрывали шрамы от порезов. Казалось, не было ни одного участка его кожи с обычной человеческой кожей: везде одни лишь шрамы.

- Что это, Алатэ?

- Что? Ты про что?

- Что с твоим телом?

- А… ты впервые видишь его? – Алатэ ухмыльнулся. – Вспомни, у кого ещё похожее состояние тела.

- У Джерарда… Но даже у него, по сравнению с твоим телом, почти нет шрамов.

- Видишь ли, Лайнел - когда твоя кожа почти неуязвима, ты перестаёшь обращать внимание на мелкие атаки. Я давно перестал. Меня резали тысячи, или миллионы раз… я не знаю. Какая разница, если твоё тело всё равно переживёт любой порез?

- Никакой… – согласился юноша, и глубоко вздохнул. – Мне что-то не хочется бить тебя, друг.

- Бей. Будь твёрд – таков был наш уговор.

- Хорошо.

Лайнел кивнул. Он посмотрел на тело друга.

В душе ещё теплилась надежда, что Алатэ выдумал всю эту историю, но – словно загнанный зверь, надежда внутри юноши металась в поисках спасения, которого явно уже нигде не было. Юноша отвёл кулак. Он уже понимал, что случится, когда ударит, поэтому решил бить в кубики пресса друга, которые, как и весь торс, состояли из шрамов.

Лайнел ударил достаточно сильно, чтобы это можно было назвать ударом и достаточно слабо, чтобы не повредить руку. Тело друга, как и ожидалось, оказалось прочнее стали.

Бить по такому телу было глупо и бессмысленно.

Юноша потряс ушибленный кулак, подул на костяшки. Рука дрожала – в память об ударе обо что-то слишком твёрдое.

- Но зачем? – Лайнел посмотрел на друга, чувствуя, как внутри всё сжимается от горечи и боли.

- Тебе нужна была уверенность, Лайнел. Я хотел дать тебе её, убедив, что мои силы - это твои силы.

На песок упала слеза, затем вторая. Юноша смахнул третью, но слезы текли, не переставая. Лайнел запрокинул голову, посмотрев на чёрное звёздное небо, а потом не выдержал и заплакал.

Садясь на песок под собой, юноша не сдерживал слезы: он плакал и чувствовал свою полную беспомощность. Уверенность, которая, было, пришла в его жизнь, чувство неуязвимости и чувство опоры – все они разом сломались.

- Выходит я всё-таки слабый? - прошептал Лайнел, продолжая рыдать. Он ничего не говорил, ничего не спрашивал, просто продолжал плакать, сидя перед другом.