Дева Царя-Дракона

И девушка тихонько стонала и шире раздвигала ноги, когда касался языком самого нежного и самого желанного бугорка. Когда припадал губами к влажным, горячим лепесткам, осторожно проникал языком в лоно. Чувствовал её напряжение и жар, сводящие с ума все его естество.

С победным рыком он вторгался в мягкие створки девичьего бутона… Она стонала, но так и не просыпалась. Он беспомощно замирал, понимая, что она не с ним. Не его.

Ирма так и не раскрывала огромных, похожих на миндаль, глаз. Так и оставаясь за гранью сна. Недоступная.

Чужая.

Ольгерд просыпался в поту и диком возбуждении. Он клял себя за искус. Что стоило овладеть девушкой еще в первый день? Наваждение бы ушло!

На третье утро он достиг, наконец, святилища белорясов. Письмо от самого епископа очень смутило верховного жреца обители. Благо, провинциальный служитель Птарха не узнал в госте Ольгерда!

Вскоре во двор обители вывели детей. Ольгерд прошел мимо рядов. Сколько же их?! И как среди них найти Тею и Тирона?

Он вглядывался в голодные, худые личики.

Снова в голове всплыла фраза Ирмы: «Зачем же вы так живете?» Ольгерд зарычал, отвечая непрошенной гостье его разума.

- Соберите всех и накормите. Их нужно доставить в столицу, - Ольгерд не знал, что он будет делать там с целой ордой голодных детей. Здесь у них была хотя бы крыша над головой, назвать домом бараки, из которых вывели сирот, язык не поворачивался.

На обратном пути душу крутило. Почему с Ирмой все кажется таким сложным? Почему нельзя, как раньше: за красивые слова и подарки получить ласку и удовольствие? К некоторым своим любовницами Ольгерд чувствовал нежность и определенную привязанность.

А они всегда были ему рады.

Отчего с Ирмой все не так? Ольгерд боялся рассказать ей, кто он на самом деле. Правду хотелось утаить любой ценой, как будто за неё ему должно быть стыдно. А еще хотелось спрятать от его мира саму Ирму.

Погруженный в мысли, Ольгерд пустил коня по дороге. Но конь сошел с пути, а всадник и не заметил. Конь брел между сосен, поднимаясь по холму все выше.

Повеяло морским ветром. Ольгерд задумчиво взглянул на открывающийся сквозь прогалину вид. Обитель Птарха располагалась у подножья холмов, покрытых густым сосновым лесом, а за холмами лежало море.

День был пасмурный, начал накрапывать дождь. Ольгерд несколько минут созерцал окрестности, пока не понял, что рискует остаться до нитки мокрым. Возвращаться в обитель не хотелось. И путник решил поискать убежище где-нибудь в самом лесу.

Ветер становился все злее.