Колючая удача для Пуговкиной

— Нет! Это Костя, это точно он! Раньше во дворе, когда мальчишки играли в футбол, так всегда кричали те, кому места в команде не досталось! Болели.

— Болели? Фу. — Кот сморщил нос и чихнул. — Коустя заболел? Потому так вопит?

Видимо, в современных дворах — а Шавермур разменял только третий год кошачьей жизни — в футбол уже не играют и знаменитую кричалку не орут с азартом во всю мощь детских глоток на весь квартал так, чтобы стекла звенели.

— Нет! Это чтобы мы знали, что это он. — Люся не сомневалась, но на звук все же шла осторожно, словно боясь ошибиться.

Просидев почти полдня непонятно где, поневоле научишься осторожности. Даже когда сквозь пелену стали проступать очертания кактуса на тележке и двух паучков на непонятном предмете, она не кинулась к ним очертя голову.

— А это точно он? — недоверчиво разглядывала она зеленое растение. — Цветка нет, того, красненького. А вдруг ловушка?

Новая душераздирающая волна визга, идущая от предмета и сидящих на нем насекомых, просто резанула по ушам.

Шавермур вывернулся из рук девушки и с воплем: «Да прекратите это! Моуи ушки, бедные моуи ушки!» — кинулся к паучатам, задрав хвост трубой.

Взз и Бзз взлетели, а Пуговкина, шагнув за котом, наконец вышла к своим спасителям и снова зарыдала, осев на землю у деревянного колеса. Паучки плюхнулись ей на плечи, успокаивающе жужжа, кот протиснулся на колени, а Ежов терпеливо и молча ждал, пока девушка прорыдается.

Все это, с удобством расположившись в саду своего особняка в ажурной беседке за накрытым к обеду столом, наблюдала Юфимия Альданская.

Пожилая мадам задумчиво ломала серебряной вилочкой нежнейшее мясное суфле и недоуменно хмурила брови.

— Необычная реакция, странные отношения... — Она съела пару кусочков, внимательно изучая всю компанию и продумывая свой следующий шаг. — Предположим, я сделаю вид, что поверила в историю этого колючего индивида...

Морщинистая рука в пигментных пятнах с массивными перстнями и тяжелым браслетом на запястье промокнула уголок губ, скомкала салфетку и швырнула ее на тарелку.

— Я могу пригласить их, скажем, к себе в гости. Здесь я смогу попробовать незаметно проверить девицу на принадлежность к семьям, да и она всяко окажется более разговорчивой. Только выберу момент, когда она без своего телохранителя.

Люся же, перестав рыдать, была сурово отчитана Костей и умудрилась сама перейти в наступление, требуя объяснений про «ту тетку, что тебя чуть не увела».