Тайна виллы "Русалка"

- Люсиль, я неважно себя чувствую и, возможно, к ужину не выйду. Кстати, во сколько его подают?

- В восемь, мадемуазель.

- Если не позвоню переодеваться, значит, легла спать. И давай договоримся, если я не зову, ты меня не беспокоишь. Только если случится пожар или еще что-то в этом роде.

- Хорошо, мадемуазель. Может, вам нужно какое-нибудь лекарство?

- Нет. Если что-то понадобится, я позвоню.

Закрыв за ней дверь на ключ, я разделась до белья и пошла в ванную. Села на пол на плетеную циновку и стала ждать.

Если вдруг вырастет хвост, сниму все остальное, наберу в ванну воды и буду в ней спать. А завтра вечером заранее выйду из замка и спрячусь в кустах, чтобы оставить там одежду до утра. А если нет, тогда все равно надо будет переодеваться к ужину.

Время шло, я прислушивалась к малейшему шевелению в организме, но ничего не происходило. Устала ждать, вышла из ванной. Часы на башне пробили половину восьмого. За окном сгустилась чернильная тьма.

Ну что ж… Небольшое сожаление все же пробежало, уж больно мне понравилось парить в воде и играть с рыбками.

Но не могла же я каждый вечер манкировать ужином, ссылаясь на нездоровье. Если, конечно, мы тут задержимся. Ну а раз нет, значит, нет. И слава богу. Останется лишь одно необычное воспоминание. Как сон. То ли волшебный, то ли кошмар, а может, и то и другое.

Я позвала Люсиль, переоделась и спустилась вниз. Семейство уже собралось в холле, как перед обедом. Правда, одеты теперь все были более изысканно. Не в вечерние туалеты, конечно, а в обеденные, они же, если так можно выразиться, ужинные.

Разницу днем растолковала Маргерита, удивившись, что мне это неизвестно. Я, как могла, пояснила, что не отношусь к тому кругу, у которого на каждый час суток и на каждое событие отдельный туалет. И что в Америке на это вообще смотрят проще. Америка, как я поняла, была чем-то вроде другой планеты. Мало кто там бывал, и говорить о ней можно было все что угодно. Кстати, нам с дядюшкой не мешало бы тщательнее проработать легенду – наши биографии и детали жизни за океаном. Чтобы врать синхронно.

- За ужином все более церемонно, чем за обедом, - сказал Энрико, подойдя ко мне. Он остался в том же синем костюме, но сменил белый жилет на бледно-голубой, льдисто отливающий атласом. – Позвольте быть вашим кавалером, Анжелика.

Я взяла его под руку, и мы направились в столовую. Дядя, не растерявшись, с легким наклоном головы предложил руку Маргерите, одетой в бордовое платье с золотой вышивкой.