Суженая

И к нему еще был с такими же камнями широкий золотой браслет. Она показала:

- Вот это.

Браслет ей надели на правую руку и помогли застегнуть на шее колье. Теперь образ был полным. И какая жалость, что в комнате не было зеркала! Потому что она не могла себя видеть со стороны.

А за окном уже начало темнеть. Время ужина.

- Миледи, пора, - камеристки присели в книксене. - Мы вас проводим.

И вот теперь она в сопровождении этих двух дам, одну их которых звали Каппа, а другую Соль, шла по коридору. Навстречу попадалась прислуга, люди расступались перед ней, а Алена, глядя на них, думала - кто же подкинул ей записку, которая до сих пор не давала ей покоя?

Спросить у Гаэля? И про зеркало тоже? Может быть.

Но прежде Алена хотела сама понять. Потому что там, в прошлой жизни, которая осталась за зеркалом, ей лгали, а здесь тоже все кому не лень норовят использовать Альбу в своих целях.

И тут ей впервые пришла в голову невероятная мысль.

Ведь если она здесь - а она здесь, достаточно ущипнуть себя, чтобы убедиться в этом, - то где же тогда Альба? Что это за игра? И не захочет ли тот, кто ее сюда отправил, отыграть все обратно? Мысль заставила ее похолодеть.

К этому времени они уже подошли к большому залу. Широкие резные двери были открыты, оттуда доносился шум голосов. Судя по всему, гостей было много. Кто все эти люди? Алена невольно напряглась, хотелось бы все-таки знать, как она выглядит.

Первый, кого она увидела, когда вошла в зал, был Гаэль.

Высокий мужчина, весь в черном, красивый.

..

Он сразу обернулся к ней, резко втянул воздух, глаза сверкнули восхищением. Из головы выветрилось все, что ее тревожило. Она пошла навстречу.

Глава 7

Но Гаэль двигался быстрее. Резкий, стремительный. Зал был полон, но сейчас Алена видела только его приближающуюся фигуру. А остальное словно подернулось дымкой и отдалилось, совсем как в тот раз, когда она смотрелась в зеркало...

Однако мысль мелькнула и угасла, не успев оформиться. Потому что он подошел и все заслонил собой.

Оглядел ее жарким взглядом, коснулся браслета на правой руке, но поцеловал левую, на которой осталась тайная вязь после обряда. От прикосновения его губ сразу побежали мурашки по коже, возвращая ее в те ощущения.

Похоже, и не только ее. Потому что, когда он оторвался, в глазах опять плясали отблески огня и сполохи тьмы. Гаэль на секунду застыл, потом проговорил:

- Ты прекрасна, жена моя.

Отступил на шаг и взял ее за руку, разворачиваясь к залу.