Лучшая подруга отбор (не) испортит

- Как… так? Кара! Кара! Кара!

***

- Кара! Кара! Кара! – меня грубовато выдернули из сна, вцепившись в плечо.

Я с трудом оторвала голову от тетради, в которую всю ночь переписывала злосчастный параграф. Я не помнила, как заснула и успела ли дописать своё персональное домашнее задание. Зато хорошо помнила, что мне приснилось. И меня это не радовало, потому что в голове назойливо звучало, с какой-то стати голосом Джианны: «А что потом?»

***

- Так, нам нужно поговорить, - заявила я, нагло сев за столик Варгена в столовой во время завтрака и абсолютно наплевав на кучу ненавидящих меня взглядов.

Лучший друг не появился на первой общей паре по драконологии, и я его не винила: кто, как не он, знал сей предмет на уверенный «зачёт»? – Что потом?

Привыкший к моим выходкам, Варг посмотрел на заполненный мною едой поднос и не стал пытаться призвать меня уйти ради моего же блага. Лучший друг!

- Ты о чём?

- Ну, вот нашёл ты себе жену, женился, а что потом? – пояснила я. – Только посмей сказать, что забудешь меня! Я тебе не дам этого сделать! Я тебя где угодно и когда угодно достану!

Варген уставился на меня.

Его глаза из обычных человеческих постепенно изменились: зрачок вытянулся, кожа вокруг глаз обросла белыми чешуйками. Любой драконолог бы сказал, что это признак того, что следует заткнуться, опустить голову и не провоцировать дракона на агрессию. Но когда это я стала драконологом? Верно, я им не становилась, так что взгляда не отвела. Нить напряжения натянулась между нами до предела, пока лучший друг не разулыбался, сверкнув жутковатыми острыми зубами.

- Неуд тебе по драконологии, Кара ЛаРоку. Без сомнений, твёрдый неуд.

- Ой, напугал, - хмыкнула я. – Между прочим, я так и не услышала ответа.

- Да что потом? – взмахнул рукой Варген. – Потом мы с тобой продолжим наводить суету во всём королевстве. Жена лучшую подругу не заменит.

Я потянулась через стол и обняла дракона крепко-крепко. Джианна в моей голове, наконец, заткнулась.

***

Сначала у меня болезненно кольнуло в сердце, словно кто-то вонзил в него толстую иглу или гвоздь и хорошенько прокрутил его, чтобы вошёл глубже, до шляпки. Потом к боли подключилась жажда. Ноги перестали держать, и я осела, придерживаясь за холодную каменную стену коридора одной рукой, а другой трогая горло. Будучи аристократкой и магессой, хоть пока и не обученной, я сумела опознать симптомы отравления.

Попытка встать на ноги провалилась с треском.