Советник-2. Обретение

- Придется ему довольствоваться богиней Царсиной.

Девушка зажала рот ладошкой, сдерживая смех.

- Он наконец-то ушел в выделенный ему шатер, моя Жрица. Это неподалеку. – Она откинула полог и выглянула наружу. – Воины завершают обход, в этот час они всегда появляются здесь, но потом не вернутся до утра. Мы сможем пройти незамеченными.

- Кто обучал тебя воинским премудростям, когда ты была ребенком?

- Хаддат, моя Жрица. Приемный отец первого советника Эрфиана. А потом – один из его подопечных. Хаддат сказал, что у меня есть талант, и я могу стать следопытом, но мой отец не хотел, чтобы я была воином.

- Следопытом? Так, значит, ты можешь обмануть даже тех эльфов, которые носят парные клинки и пурпурные плащи?

Хлоя потупилась. Царсина погладила ее по щеке.

- Это не должно тебя смущать. Моя мать сказала бы, что ты зря тратишь время, помогая мне попасть в чужую постель, но в деревне без твоей помощи не обойтись. Надеюсь, ты делаешь это не потому, что я дарю тебе платья и украшения?

- Как ты могла подумать, моя Жрица!.

.

- Я знаю. Идем. Уж очень наш гость набрался на пиру. Как бы не пришлось его будить.

***

Хлоя подкралась к шатру, в котором поселили Ниньяса, тихонько заглянула внутрь и сообщила Царсине, что он еще не спит, и даже не погасил часть масляных ламп. Жрица посмотрела на приоткрытый полог. Нет, она определенно предпочла бы решить эту проблему так, как привыкла – пара отрядов воинов и поход, который вряд ли занял бы больше одной луны. Но Эрфиан прав, и лишнего шума лучше не поднимать.

Человеческие племена станут хорошими союзниками – мир с вампирами хрупок, даже если глава клана сидит рядом с Нориэлем на праздничном пиру и преподносит ей один подарок за другим.

Кроме того, он недурен собой, этот Ниньяс. По меркам светлых эльфов даже красив. Царсина провела языком по губам и убрала со лба растрепавшиеся пряди. Не эти ли чувства просыпались в ней всякий раз, когда она смотрела на красивых воинов?.. Мать, слыша об этом, закатывала глаза и заламывала руки, говоря, что такое до добра не доведет.

Вела себя так, словно всю жизнь была верна своему Жрецу и не предавалась любви с очередным эльфом возле костра, в лесном гроте или на берегу какого-нибудь озерца. Объясняла, что так ведут себя обращенные, а янтарным Жрицам это не к лицу.

Но Царсина не слушала, потому что поняла все уже давно. В ту ночь, когда впервые позволила мужчине зайти дальше поцелуев и объятий. Она помнила того юношу: высокий, тонкий, как прутик, с изящным лицом и бледной кожей.