Яйцо дракона

Это отличалось от сокровищницы малахитового дракона. Там крышей служил потолок пещеры, и его поддерживали изящные длинные колонны со странным резным узором по всей длине.

Золота в этой сокровищнице оказалось в разы меньше, и от него резко пахло чем-то удушающе терпким и травяным. Рене брезгливо поморщилась и повыше натянула маску, стараясь дышать через раз. Оставалось только надеяться, что крысиный мешочек перебьет вонь этого дракона.

Рене осторожно выбирала, куда поставить ногу, чтобы не сдвинуть ни один из валяющихся на полу предметов.

Она прекрасно помнила слова малахитового дракона о том, что он знал все свои сокровища наперечет. Этот степной дракон, скорее всего, тоже.

Осматриваясь по сторонам, она невольно отмечала отличия этого логова от уже знакомого ей. В это вел не один туннель, а несколько, но все, кроме центрального, были слишком узкими. Рассчитанными на человека, а не дракона. Что ж, зная, что драконы могли менять свое обличие, это было неудивительно. Наверняка, если пойти по ним, можно было добраться до каких-нибудь дополнительных залов или найти еще что-нибудь, принадлежащее дракону.

Рене застыла на месте, изумленно моргнула и невольно фыркнула. А это оказалось проще, чем она думала!

В центре сокровищницы располагалась еще одна колонна. На высоте пяти метров находилось сквозное отверстие с четырьмя столбиками по периметру. В нем на мягкой подушке покоилось драгоценное яйцо. Кто-то создал алтарь для артефакта, и это было очень глупым поступком, раз он был настолько ценен.

Хотя это играло только на руку ворам. Коим и была Рене.

Она отошла подальше, чуть не поскользнулась на золотых монетах Андира и, разбежавшись, взбежала на половину высоты колонны. Зацепившись за крохотные выщерблины, она возблагодарила время, которое не щадило камни в том числе. Подтянувшись на руках, она медленно поползла вверх. Добравшись до проема с яйцом, Рене обхватила узкий столбик, надежно фиксируя тело.

Артефакт оказался именно таким, каким был на рисунке в древнем свитке. Он действительно напоминал яйцо песчаной птицы и был высотой с ладонь со слегка заостренным верхним краем.

От нижней слегка сплющенной грани вверх устремлялись полосы, напоминая лепестки закрытого бутона. Вдоль их краев были инкрустированы мелкие драгоценные камни, среди которых преобладали рубины и алмазы. На золотой поверхности были выгравированы письмена на незнакомом руническом языке. Поразительно, но артефакт оказался довольно горячим, словно внутри него горело пламя.