Яйцо дракона

Выскочив наружу, она со всех ног бросилась к деревьям у подножия склона. Едва не споткнувшись о выступающий камень и не прокатившись оставшийся путь кубарем, Рене влетела под кроны деревьев и не останавливалась, пока не услышала журчание ручья. Упав на колени рядом с огромным валуном, она судорожными движениями достала тазик, высыпала в него стиральный порошок, зачерпнула воды и закинула украденные украшения и камни. Быстро отмыв с них драконью метку, даже не снимая перчаток, она засунула овальные камни в мешочек из крысиных шкурок и прислушалась.

Ничего. Может, ей повезло?

Рене подняла голову, вглядываясь в густые кроны над собой. Ничего не скрывало небо. Никаких звуков не нарушало вечерней тишины. Даже птицы не пели. Не пели?

Рене нервно огляделась. Может, их спугнул рев дракона в пещерах неподалеку?

Она отошла к деревьям, оставляя золотые ожерелья и кольца отмокать в воняющем жасмином тазике. Прижавшись спиной к стволу, она сдвинула маску на шею, прикрыла глаза и заставила себя успокоиться.

Листва тихо шуршала над головой под порывами ветра. Где-то вдалеке каркала ворона. Ручей журчал, перекатываясь по камням. Обычные звуки леса.

Рене открыла глаза, выдохнула и сбросила с себя крысиный плащ. Выносить его вонь было больше невозможно. Мешочек с овальными камнями тоже отправился на землю, погребенный под ним. Рене прижала руку к лицу, с трудом сдерживая тошноту.

Подойдя к тазику, она дополоскала украшения, спрятала их в обычный кожаный мешочек и слила воду под камень. Повернувшись в сторону сброшенного у дерева плаща, Рене ощутила на себе чей-то взгляд.

Волосы на затылке зашевелились. Холод пробежал по спине, ужасом сковывая ноги. Она резко обернулась.

– Твою ж мать, святое пламя, – невольным сипом сорвалось с губ.

Рене отшатнулась, запнулась о корягу и упала на ягодицы, больно ударившись копчиком.

Выше по течению ручья, раздвигая огромным телом деревья, к ней подкрадывался, по-другому и не назовешь, дракон. Он двигался совершенно беззвучно. Черные когти на мощных лапах разрывали почву, превращая некогда чистый ручей в мутный поток воды. Зеленая шкура с изогнутыми черными полосами идеально маскировала его в лесу.

Длинные черные серповидные рога едва не задели ветки, когда он наклонил голову к земле.