Крылья колдуна

У тебя такие сладкие губы, Матильда, — прошептал он, склоняясь к ее уху, — и нежные руки, а соски стали твердыми как камешки…

— Хватит, — перебила его Тиль и быстро пошла по коридору.

— За твоей внешней благопристойностью скрывается вулкан страстей, — сказал Ланс, догоняя ее в два счета. — А ведь я так и знал!

— Ничего ты не знал! — сердито воскликнула Тиль. — Ты ничего, ничего обо мне не знаешь!

— Так расскажи, — попросил Ланс, придержав ее за плечо. — Кто ты? Что ты любишь? О чем мечтаешь? Чего боишься? Расскажи мне, Матильда.

Доверься мне.

Он обнял ее, и Тиль дернулась от прикосновения его ладоней к спине. Ланс тут же убрал руки, в его глазах промелькнула жалость.

— Ты самый большой врун, какого я только встречала, — сказала она. — И ты предлагаешь довериться тебе?

Она покачала головой и пошла прочь.

— Ладно, — легко согласился Ланс. — Давай тогда просто станем любовниками. Никаких откровенных разговоров, только секс.

Обернувшись, Тиль ошарашенно посмотрела на него и, не сдержавшись, улыбнулась.

— Погоди, — сказал он, заворачивая в кабинет. Появившись снова, с пиджаком, переброшенным через локоть, и пачкой зеленых тетрадок в руке, добавил: — Ты должна мне сочинение, прогульщица.

Тиль фыркнула и взяла его под руку.

— После всего, что между нами было, я рассчитываю на халявную оценку, — заявила она.

— Уговорила, — кивнул он. — Поставлю троечку. Могу накинуть пару баллов, если ты…

— Три так три, — улыбнулась Тиль.

***

Петра коротко вскрикнула, придя в себя, поморгала, глядя на закрытую дверь.

Она постояла на месте какое-то время, осмотрелась по сторонам, задумчиво прижала руку ко лбу. Голова гудела, как колокол, в который только что звонили, и была такой же пустой. Взгляд Петры упал на шкаф. Ей чудился какой-то звук, точно, и поэтому она подошла к шкафу. Она взялась за ручки и резко распахнула дверцы. Шкаф зиял непривычной пустотой. Вешалки с пальто и несколькими запасными костюмами съехали влево, вмявшись друг в друга. На стенке стала видна похабная надпись, выцарапанная кем-то из прежних владельцев. Петра любила вещи с историей, но сейчас невольно поморщилась. Медленно раздвинув вешалки, она закрыла шкаф.

Вернувшись за стол, Петра села в кресло, тупо глядя на бумаги, сложенные перед ней аккуратной стопкой.

В дверь постучали, и она выкрикнула:

— Войдите!

Голос ее прозвучал хрипло, и она откашлялась.

Дверная ручка дернулась несколько раз, потом кто-то снова несмело постучал, Петра подошла к двери и, повернув защелку, открыла.